Европа охотится за металлами Центральной Азии. Узбекистан хочет оставить прибыль внутри страны
Европейский союз усиливает интерес к критически важным металлам и минералам Центральной Азии, рассматривая регион как один из потенциальных источников сырья для своей цифровой и «зелёной» трансформации. Однако речь всё чаще идёт не только о доступе к месторождениям, но и о создании новых производственных цепочек — от геологоразведки и добычи до переработки и выпуска продукции с […]
Европа ведёт поиск металлов в Центральной Азии. Узбекистан намерен удержать прибыль внутри страны
Европейский союз наращивает внимание к критически важным металлам и минералам Центральной Азии, видя в регионе один из возможных источников сырья для своей цифровой и «зелёной» трансформации. При этом всё чаще речь идёт не только о доступе к месторождениям, но и о выстраивании новых производственных цепочек — от геологоразведки и добычи до переработки и выпуска продукции с высокой добавленной стоимостью.
Как считает руководитель отдела Института стратегических и межрегиональных исследований при Президенте Республики Узбекистан (ИСМИ) Шахноза Кодирова, интерес ЕС связан с желанием диверсифицировать поставки критических ресурсов и уменьшить зависимость от узкого круга поставщиков.
Для европейской экономики это уже не просто торговый вопрос, а фактор долгосрочной устойчивости промышленности. Критические минералы нужны для развития цифровых технологий, энергетики, электротранспорта и других направлений «зелёной» экономики.
На этом фоне Центральная Азия получает для Европы новое значение — не только как источник минерального сырья, но и как возможная площадка для его глубокой переработки и выпуска продукции с высокой добавленной стоимостью.
Возрастающая роль критических минеральных ресурсов заметна и в политической повестке. По словам эксперта, темы сотрудничества в этой сфере всё активнее поднимаются на саммитах «Европейский союз — Центральная Азия», а также в рамках европейской инициативы Global Gateway.
Одновременно политические договорённости постепенно перерастают в конкретные инвестиционные проекты.
Среди таких примеров — вложения немецкой компании HMS Bergbau AG в разведку лития в Казахстане и соглашение французской компании Orano с государственным предприятием «Навоиуран» по добыче урана в Узбекистане.
При этом присутствие Европы в регионе не сводится только к добыче полезных ископаемых. Сотрудничество затрагивает промышленную, энергетическую и транспортную инфраструктуру, без которой невозможно сформировать полноценные производственные цепочки.
Так, немецкие банки направили 146 млн евро на проект медеплавильного завода Алмалыкского горно-металлургического комбината. Европейский союз также помогает модернизировать энергетическую и транспортную инфраструктуру Кыргызстана и Таджикистана.
Для Узбекистана задача состоит в том, чтобы в этой новой системе не остаться лишь поставщиком руды и концентратов, а постепенно стать производителем продукции, востребованной мировой высокотехнологичной промышленностью.
С этой целью в стране формируется производственная цепочка, охватывающая весь цикл — от геологоразведки и добычи до переработки и выпуска готовой продукции.
Параллельно создаются исследовательские центры и научно-исследовательские парки, нацеленные на внедрение новых технологий, развитие инноваций и более тесную связь науки с промышленностью.
По сути, речь идёт о попытке изменить саму экономическую логику сырьевого сектора: не просто добывать ресурсы и экспортировать их, а максимально повышать стоимость продукции уже внутри страны.
Такой подход может обеспечить Узбекистану более сильные позиции в условиях усиливающейся конкуренции за критические минералы.
Если стране удастся выстроить полный производственный цикл, она сможет рассчитывать не только на доходы от добычи, но и на более высокую долю стоимости, создаваемой на следующих этапах — переработке, производстве материалов, компонентов и готовой продукции.