ЦБ Узбекистана намерен расширить инвестиции резервов за пределы гособлигаций США

ЦБ Узбекистана планирует расширять инвестиции резервов за пределы гособлигаций США

Центральный банк Узбекистана намерен поэтапно расширять список активов, в которые размещаются международные резервы страны. Об этом 18 сентября на Международном форуме по управлению государственными активами (iPAM) в Ташкенте заявил заместитель председателя ЦБ Аброр Мирзо Олимов, сообщает корреспондент «Газеты».

По его словам, на начало сентября Центральный банк располагал примерно 439 тоннами золота.

«Структура наших международных резервов, можно сказать, весьма необычна по сравнению с другими центральными банками. На начало сентября этого года мы располагали примерно 439 тоннами золота, рыночная стоимость которого составляла около 65 млрд долларов. Это примерно 90% наших международных резервов», — сказал он.

Аброр Мирзо Олимов подчеркнул, что высокую долю драгоценного металла нельзя объяснять только инвестиционными решениями Центробанка.

Узбекистан ежегодно добывает около 120 тонн золота, а ЦБ имеет приоритетное право на его покупку.

«Большая доля золота в наших резервах — это не просто результат решения управляющих резервами и не результат стратегического распределения активов. В первую очередь это следствие структуры нашей экономики, внутренней экосистемы производства золота и, конечно, исторически сложившегося накопления резервов», — пояснил замглавы ЦБ.

По его словам, за последние пять лет международные резервы страны почти удвоились — примерно с 35 млрд долларов в 2021 году до более чем 72 млрд долларов. За тот же период золотые запасы выросли с 360 до 439 тонн, а доля золота в резервах — примерно с 60% до 90%.

Рост доли золота, как отметил представитель ЦБ, связан с двумя причинами: увеличением физического объёма металла и ростом его мировой цены.

«Именно сочетание этих двух факторов привело к тому, что доля золота в международных резервах увеличилась примерно до 90%», — сказал он.

При этом Олимов ожидает, что роль золота в международных резервах центробанков мира будет и дальше расти. По его словам, в последние четыре года центральные банки ежегодно покупали более 1000 тонн золота — примерно вдвое больше, чем в предыдущие десятилетия.

«Вопрос уже не в том, должно ли золото быть частью резервов. Есть другой, более сложный вопрос: какая доля золота в резервах является оптимальной и как этим золотом следует управлять? И, думаю, самый важный вопрос — что происходит, когда золото начинает составлять значительную долю международных резервов?» — отметил замглавы регулятора.

Несмотря на необычную структуру активов, международные резервы Узбекистана значительно превышают показатели достаточности, заявил зампред ЦБ.

По его данным, их объём примерно в 3,4 раза выше минимального ориентира Международного валютного фонда, позволяет покрывать около 14 месяцев импорта и в 4,4 раза превышает краткосрочный внешний долг страны.

«Для нас главный вопрос управления резервами уже заключается не просто в накоплении большого буфера. Вопрос в том, как управлять таким объёмом резервов», — заявил Олимов.

В управлении международными резервами ЦБ придерживается трёх ключевых приоритетов. На первом месте стоят безопасность и сохранение капитала, на втором — ликвидность, и лишь на третьем — доходность.

«Наша цель заключается не в максимизации прибыли или доходности. Речь идёт об улучшении доходности с поправкой на риск в рамках чётко определённых ограничений по безопасности и ликвидности».

Зампред ЦБ также рассказал о связи между покупкой добываемого в стране золота и денежно-кредитной политикой.

Местные производители добывают и аффинируют золото, после чего Центробанк приобретает его за национальную валюту. Купленное золото автоматически включается в международные резервы.

При этом расчёты с производителями в сумах увеличивают объём ликвидности в экономике. Для её стерилизации ЦБ использует инструменты денежно-кредитной политики, операции на открытом рынке и валютном рынке.

«Именно поэтому в нашем случае управление резервами, накопление золота и управление внутренней ликвидностью тесно взаимосвязаны», — сказал он.

Аброр Мирзо Олимов обратил внимание на особое понимание диверсификации резервов в Узбекистане.

«Когда мы говорим о диверсификации, для нас это обычно означает покупку других видов активов. Но для многих центральных банков диверсификация, наоборот, означает покупку золота», — указал он.

По словам зампреда ЦБ, по мере роста международных резервов подход регулятора постепенно меняется:

«На протяжении многих лет Узбекистан естественным образом уделял основное внимание накоплению резервов. Но по мере увеличения их объёма наш фокус постепенно смещается от накопления к портфельному управлению».

С 2020 года Центральный банк сотрудничает со Всемирным банком в рамках программы Reserve Advisory and Management Partnership (RAMP).

Регулятор также начал инвестировать часть международных резервов в инструменты с фиксированной доходностью. Сначала объёмы таких вложений были небольшими, но постепенно увеличиваются, отметил Аброр Мирзо Олимов.

«Сейчас в нашем портфеле уже есть ценные бумаги с фиксированным доходом, а также у нас есть внешний управляющий. Мы продолжаем работать в этом направлении», — рассказал Олимов.

Золото останется стратегическим резервным активом страны, однако по мере роста портфеля ЦБ намерен расширять перечень других инвестиций.

«Это означает, что мы планируем выходить за рамки казначейских векселей США и инвестировать в другие виды высоколиквидных активов. Это могут быть суверенные облигации, облигации субнациональных органов власти и другие инструменты с фиксированной доходностью», — отметил Олимов.

При этом ЦБ не собирается повышать риски только ради расширения набора активов.

«Мы не рассматриваем диверсификацию просто как добавление новых видов активов. Прежде чем брать на себя больше рисков, необходимо обладать соответствующим институциональным потенциалом — уметь понимать эти риски, измерять их и управлять ими», — заявил замглавы Центробанка.

В 2026—2027 годах Центральный банк совместно с международными финансовыми институтами работает над стратегическим распределением активов, инвестиционной политикой и стратегией, а также развитием независимой системы управления рисками.

По словам Аброра Мирзо Олимова, универсальной оптимальной структуры резервов для всех стран не существует.

«Экономика — производитель золота, такая как Узбекистан или некоторые наши соседние страны, естественным образом будет иметь другую структуру резервов, чем экономика, ориентированная на импорт, финансовый центр или экспортёр других сырьевых товаров», — пояснил он.

Структура международных резервов должна учитывать обязательства страны, потребность в валютных интервенциях, устройство внутреннего рынка, допустимый уровень риска и институциональные возможности, подчеркнул представитель регулятора.

Портфель ценных бумаг вырос лишь на 3,4 млн долларов — до 1,766 млрд долларов. Для сравнения, за июль портфель сократился примерно на 1,1 млрд долларов, или почти на 40% — с 2,86 млрд до 1,76 млрд долларов. Это произошло впервые с момента появления ценных бумаг в структуре.

На 1 сентября золотовалютные резервы Узбекистана превысили 72 млрд долларов, а портфель ценных бумаг в их составе составлял 1,77 млрд долларов, увеличившись за август лишь на 3,4 млн долларов. Это около 2,4% от общего объёма международных резервов. Для сравнения, ещё в начале июля объём ценных бумаг составлял 2,86 млрд долларов, однако за тот месяц портфель сократился почти на 40% — до 1,76 млрд долларов.