МАГАТЭ шестой год повышает прогноз по атомной энергетике. Что стоит между прогнозом и реальностью?

МАГАТЭ уже шестой год подряд повышает прогноз по атомной энергетике. Что отделяет прогноз от реальности?

На 70-й Генеральной конференции Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), которая проходит в Вене, был представлен новый долгосрочный прогноз развития атомной энергетики. В сценарии с высоким темпом роста установленная мощность атомной генерации в мире может увеличиться с 377,1 ГВт на конец 2025 года до 1045 ГВт к 2050 году и 1284 ГВт к 2060 году, то есть примерно в 3,4 раза. В сценарии с низким темпом роста показатель составит 696 ГВт к 2060 году.

Это уже шестой год подряд, когда МАГАТЭ пересматривает оценки в сторону повышения. Но почти двукратный разрыв между сценариями показывает, насколько сильно будущий рост зависит от условий его воплощения. Речь идет о разных наборах предпосылок, при которых отрасль может развиваться быстрее или медленнее. Отсюда возникает и другой вопрос: что нужно, чтобы растущий интерес к атомной энергетике действительно обернулся новыми мощностями?

Выступая на открытии Генеральной конференции, глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси отдельно указал на разрыв между планами по наращиванию атомных мощностей и возможностями их реализации. В числе ключевых условий он назвал изменение подходов к финансированию, поскольку одной политической воли для запуска таких капиталоемких проектов недостаточно.

Незадолго до конференции агентство организовало в Вене отдельный трехдневный семинар примерно для 50 представителей международных финансовых институтов, включая Всемирный банк, Азиатский банк развития, ЕБРР, Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, Африканский банк развития и Фонд ОПЕК. Его целью было дать финансистам комплексное понимание экономики атомных проектов, требований к безопасности, регулированию, гарантиям и инфраструктуре.

Масштаб финансовой задачи показывает оценка Международного энергетического агентства (МЭА). В сценарии APS, который предполагает полное и своевременное выполнение странами объявленных энергетических и климатических обязательств, ежегодные инвестиции в атомную энергетику должны вырасти примерно до 120 млрд долларов уже к 2030 году против примерно 65 млрд долларов сейчас. При этом новые АЭС по-прежнему остаются сложными объектами для финансирования. Им нужны крупные первоначальные вложения, они долго проектируются и строятся, а задержки и перерасход бюджета повышают риски для кредиторов и инвесторов. Для крупных атомных проектов типичный срок возврата инвестиций может достигать 20-30 лет.

На этом фоне особенно заметно изменение позиции международных финансовых институтов. В июне 2025 года Всемирный банк и МАГАТЭ подписали соглашение о сотрудничестве, которое банк назвал первым конкретным шагом к возвращению в атомную энергетику после десятилетий отсутствия. Сотрудничество охватывает институциональную готовность стран, безопасность и регулирование, продление работы действующих АЭС и изучение потенциала новых технологий.

Рост интереса к атомной энергетике уже проявляется в реальных проектах. По данным МЭА, сегодня в 15 странах строятся атомные реакторы общей мощностью около 78 ГВт. Это один из самых высоких уровней за последние 30 лет. При этом рынок остается заметно концентрированным. За последнее десятилетие 94% реакторов, строительство которых было начато в мире, имеют российский или китайский дизайн.

Есть и еще один вопрос, который регулярно обсуждают в атомном сообществе, — возраст действующего парка. По данным МАГАТЭ, два из каждых трех ядерных энергетических реакторов работают более 30 лет, а 45% — более 40 лет. В верхнем сценарии к 2060 году из эксплуатации будет выведено около трети мощностей, действовавших в 2025 году, а в нижнем сценарии — почти две трети.

Часть расчета на обновление связана с развитием малых модульных реакторов (ММР). На них МАГАТЭ отводит 28% новых атомных мощностей, которые будут введены до 2060 года. Этот расчет предполагает, что ММР удастся вывести на гораздо более широкий серийный рынок. Пока же масштабы их практического развертывания остаются ограниченными. По данным МЭА, наземный ММР уже работает в Китае, плавучий — в России, а еще несколько коммерческих проектов находятся на стадии строительства в разных странах, в том числе в Узбекистане, где при участии «Росатома» возводится интегрированная АЭС.

Поэтому для ММР вопрос состоит уже не столько в наличии проектов, сколько в их масштабировании, то есть в стандартизации конструкций, согласовании регуляторных подходов, снижении стоимости и способности промышленности перейти к серийному производству, чем сегодня могут похвастаться лишь единицы в мире.

Еще один важный документ был представлен в Вене в первый день Генконференции. МАГАТЭ вместе с Агентством по ядерной энергии ОЭСР (NEA) выпустили новый доклад «Uranium 2026: Resources, Production and Demand», известный как «Красная книга».

Выявленные мировые ресурсы урана, которые можно извлечь при затратах ниже 260 долл за килограмм, превышают 8,1 млн тонн. По оценкам авторов, этого достаточно даже для верхнего сценария спроса до 2050 года. Однако наличие ресурсов в недрах еще не означает их доступности для рынка. Для этого нужно подготовить месторождения, пройти разрешительные процедуры и вывести новые проекты на промышленную добычу.

Сегодня действующему мировому парку требуется около 64,5 тыс. тонн урана в год. К 2050 году потребность, в зависимости от сценария, может вырасти примерно до 84,8 — 143,9 тыс. тонн. При этом разработка нового уранодобывающего проекта обычно занимает 15 — 20 лет. Поэтому авторы доклада отдельно подчеркивают необходимость своевременных и устойчивых инвестиций в геологоразведку и развитие новых проектов.

Для Узбекистана этот вопрос имеет прямое значение. Страна одновременно развивает собственную атомную энергетику и наращивает добычу природного урана. По данным ГП «Навоийуран», по итогам 2025 года объем производства достиг 7 тыс. тонн природного урана против 5,2 тыс. тонн годом ранее. В апреле 2026 года предприятие начало промышленную добычу на месторождении Кизилкок, проектная мощность которого составляет до 1,2 тыс. тонн урана в год.

Поэтому новый прогноз МАГАТЭ представляет интерес для страны не только с точки зрения будущего мирового спроса на атомную генерацию. Если рост мощностей пойдет по более высокой траектории, вместе с ним будет расти и потребность в устойчивой сырьевой и топливной базе. Для стран-производителей урана это означает необходимость заранее оценивать инвестиции в новые месторождения и долгосрочную динамику мирового рынка.

Разницу между сценариями МАГАТЭ в отношении развития атомной энергетики можно трактовать по-разному. Очевидно, что за последние годы политическая поддержка атомной энергетики усилилась, объем строящихся мощностей остается высоким, а международные финансовые институты снова проявляют интерес к отрасли. Но для расширения атомной генерации недостаточно просто принять решение о строительстве новых АЭС. Реальный масштаб будущего роста будет зависеть от таких факторов, как стоимость, сроки строительства, возможности промышленной цепочки, наличие кадров, замена стареющих реакторов и своевременное расширение топливной базы.

Поэтому нынешний прогноз МАГАТЭ прежде всего показывает изменение ожиданий относительно роли атомной энергетики. Насколько близко мировой атомный парк подойдет к верхней границе этого прогноза, будет зависеть от способности страны и отрасли превратить эти ожидания в устойчиво финансируемый и реализуемый проект.