«Лишний вес — это не отсутствие дисциплины, а болезнь»

«Лишний вес — это не нехватка дисциплины, а болезнь»

В 2016 году к доктору медицинских наук Шухрату Хашимову обратился мужчина весом 236 килограммов. О бариатрической операции — то есть хирургическом вмешательстве для снижения веса — не могло быть и речи: операционный стол в клинике не был рассчитан на нагрузку более 200 килограммов.

Пациент оказался очень искренним и добродушным человеком. Он дарил медсестрам цветы и постоянно шутил: «Девочки, на самом деле я очень красивый, просто всю мою красоту скрывает жир». А сам по утрам с трудом поднимался с кровати.

Чтобы снизить вес до допустимых 200 килограммов, пациенту временно установили в желудок силиконовый баллон, который занимал большую часть объема желудка. Мужчина стал насыщаться даже очень маленькими порциями. За несколько месяцев вес снизился на 36 килограммов. После этого баллон извлекли и начали подготовку пациента к операции.

По данным Всемирной организации здравоохранения, Узбекистан лидирует в Центральной Азии по распространенности избыточного веса среди взрослого населения с показателем 63,7%. В Туркменистане и Таджикистане этот показатель достигает 58%, в Казахстане — 56,5%, в Кыргызстане — 56,2%. Причин этому много. Одна из них — национальная кухня.

Плов, манты, горячая самса — часть нашего культурного кода. Только вот калорийность таких блюд была «рассчитана» на тяжелый физический труд наших предков. Чтобы «сжечь» тарелку плова, нужно целый день работать в поле. В XXI веке же человек наедается жирной пищи, садится в машину, едет в офис и до вечера сидит перед компьютером, говорит доктор Шухрат Хашимов.

Помимо высококалорийной пищи и малоподвижного образа жизни, ситуацию усугубляет зависимость от гаджетов. Молодежь до полуночи сидит, уткнувшись в смартфоны, из-за чего сокращается продолжительность сна. Недостаток сна влияет на гормоны, регулирующие аппетит, и может повышать риск ожирения.

Осознание проблемы у каждого человека происходит по-своему, но в любом случае оно начинается тогда, когда тело перестает подчиняться.

До замужества вес Махмуды составлял 42 килограмма. При росте 156 сантиметров эта женщина выглядела миниатюрной, почти хрупкой. Сейчас ей 41 год. Она работает санитаркой, воспитывает троих детей. Вся ее жизнь состоит из монотонного круговорота между палатами, домом и рынком.

Между той миниатюрной Махмудой и сегодняшней лежит целая жизнь: со временем тело женщины постепенно перестало ей подчиняться.

Все началось в 38 лет с тяжелого эмоционального потрясения — она потеряла ребенка. Затем началась пандемия, и Махмуда попала в инфекционный комплекс в Зангиате. Ковид перенесла тяжело. Женщина принимала высокие дозы гормонального препарата, рекомендованного ВОЗ для тяжелых случаев. Болезнь была побеждена, но организм показал другой расчет: вес, который до этого держался в районе 74 килограммов, резко вырос до 94.

Путь другого ташкентца, Шухрата И., к критической точке был иным. До того как его вес достиг 165 килограммов, он любил путешествовать, часами гулял пешком по незнакомым городам. После 40 лет килограммы начали прибавляться один за другим, и постепенно круг его жизни сузился до расстояния между дверью дома и дверью автомобиля.

Пандемия 2020 года стала поворотным моментом и для этого мужчины. Движение машин прекратилось, улицы опустели, и в один из таких тихих дней пожилой отец позвонил Шухрату и сказал: «Шухрат, приди, приготовь мне плов».

Шухрату 57 лет. Он очень хорошо готовит. Только вот дорога до отцовского дома — это десять остановок и пятиметровый склон у светофора. Для человека весом 165 килограммов это не просто препятствие, а испытание: каждые 10–15 метров ходьбы пешком тело наказывает тяжелой, удушающей одышкой.

Родственники говорили отцу: «Как он придет? Он же полный. Он и до половины дороги не дойдет». А я вышел в путь. Отец зовет, как мне не пойти? Машин нет, вокруг тишина. Иду, медленно, шаг за шагом... Иду и думаю: с одной стороны, нужно исполнить желание отца, а с другой — как же тяжело, я задыхаюсь, мне не хватает воздуха, — вспоминает Шухрат.

В тот день он дошел до отца. Но именно на этой дороге его сердце обожгла горькая мысль, заставившая понять, насколько узким и ограниченным стал его мир.

Главное заблуждение в обществе, против которого выступают врачи, — это слепая вера в «силу воли».

«Советы вроде „меньше есть и заниматься спортом“ в большинстве случаев бессмысленны, — объясняет хирург Шухрат Хашимов. — На этом этапе лишний вес — это не нехватка дисциплины, а полноценная болезнь».

Вместе с физическим давлением собственного тела в жизнь человека входит и социальное давление.

Изменения во внешности Махмуды не остались незамеченными ни дома, ни на работе. Первым заговорил муж: «Ты поправляешься, сделай что-нибудь». Сестры тоже присоединились: «Посмотри на себя, ты же толстеешь». Коллеги в больнице тоже говорили открыто: «Почему вы так поправились? У вас низкий рост, вы становитесь похожи на Колобка».

Иллюстративное фото: Joachim Schnurle / Unsplash

В такие моменты Махмуда переживала внутренне, ей было обидно.

«Я очень нервничала из-за того, что не могла найти подходящую одежду. Из-за низкого роста я ничего не могла выбрать на рынке. Было обидно, что приходилось покупать одежду некрасивого фасона, предназначенную для пожилых женщин. Муж упрекал: „Что ты надела? Тебе не идет, ищи одежду, предназначенную для более крупных людей“», — говорит Махмуда.

Прежде чем принять факт болезни, Махмуда и Шухрат прошли через тупик попыток решить проблему самостоятельно.

С помощью различных диет, чаев и кофе для похудения, жиросжигающих добавок ей удалось сбросить 10 килограммов (с 94 до 84), после чего стрелка весов полностью замерла.

Шухрат тоже пытался «взять себя в руки»: уменьшил количество еды, купил две беговые дорожки домой и на работу, чтобы ходить в свободное время. Во время Рамадана ему удавалось сбросить 10–12 килограммов, но затем вес возвращался «с процентами»: 120, 150, 165 кг...

Ни Махмуда, ни Шухрат не пытались худеть с помощью популярных препаратов вроде «Оземпика» или «Мунджаро», однако в практике врачей такие случаи встречаются часто.

Хирург Шухрат Хашимов не критикует эти препараты, но называет их временным костылем.

«У меня были пациенты, принимавшие такие препараты. Пока ты их принимаешь, есть не хочется, ты худеешь.

Перестал принимать — вес возвращается, да еще и с прибавкой, а это ломает человека психологически.

Такие лекарства нужны для другого. Например, приходит пациент с высоким уровнем сахара, и из-за риска осложнений его нельзя сразу оперировать. Тогда мы совместно с эндокринологами снижаем уровень сахара до допустимого уровня, в том числе с помощью таких инъекций, чтобы безопасно провести операцию», — объясняет врач.

Ожирение в медицинских протоколах рассматривается как многофакторное заболевание. Оно приводит к ряду опасных диагнозов, таких как сахарный диабет, сердечно-сосудистые заболевания, поражения суставов и позвоночника, гипертония и онкологические заболевания. У женщин избыточный вес может стать причиной бесплодия, а у мужчин — импотенции.

У Махмуды первым не выдержал желчный пузырь, а во время обследования перед его удалением врачи диагностировали сахарный диабет. Женщина со слезами на глазах спорила с врачами: «У меня нет никакого диабета!» Когда-то ее бабушка умерла от этой болезни, поэтому ей не хотелось верить в диагноз. Однако диабет уже начал проявлять себя: появился невыносимый зуд и раздражение, сердце бешено колотилось от тахикардии, наваливалась тяжелая слабость. Нервная система тоже дала сбой — Махмуда срывалась на близких, спорила на работе и могла расплакаться из-за любого пустяка.

Фото: Евгений Сорочин / Газета

Лекарства и уколы не помогали, показатели сахара скакали от 10 до 25 ммоль/л, а когда показатель достиг 30 ммоль/л, Махмуда оказалась на больничной койке в прекоматозном состоянии.

Там, лежа под капельницами, она наконец «услышала» слова врачей: «С таким уровнем сахара жить нельзя — вы просто впадете в кому».

Чтобы снизить вес и добиться ремиссии диабета, Махмуда решилась на бариатрическую операцию. Страхов было много: «А вдруг отдашь деньги, ляжешь под нож, а диабет останется? А вдруг и вес не уйдет?»

Семья отнеслась к этому решению резко отрицательно, но к тому моменту Махмуду уже не интересовало чужое мнение. Годы упреков и постоянный страх перед диабетической комой помогли прийти к решению: «Я делаю это для себя и своего здоровья».

Хирург Шухрат Хашимов признается, что ему регулярно приходится читать лекции мужьям, которые упрямо твердят, что жене нужно «просто закрыть рот и меньше есть». Для таких случаев в компьютере врача подготовлена специальная презентация.

«Я всегда на стороне пациента. Сажаю такого мужа перед монитором, показываю графики, статистику, данные исследований. Говорю ему: „Поймите, ожирение — это болезнь. Завтра на этом фоне разовьются тяжелые сопутствующие заболевания. Подумайте, без операции ваша жена проживет на 10–12 лет меньше. Ведь вашим детям нужна мать, а вам — здоровая, активная и счастливая супруга“», — рассказывает он.

Убедить мужей важно, так как в 70% случаев именно они оплачивают операцию. Однако Шухрат Хуршидович часто видит и обратную картину: во время консультации муж говорит жене: «Я с тобой, я рядом, я поддержу». Такой мужчина готов на любые расходы, чтобы его любимая женщина легко перенесла операцию и быстрее восстановилась.

По словам врача, все зависит от отношений между супругами.

Фото: Евгений Сорочин / Газета

Шухрата на операционный стол привел страх смерти — люди с избыточным весом вокруг него начали уходить из жизни один за другим.

«В Кыргызстане умер мой близкий друг, ему было всего 42 года. Из-за ожирения у него остановилось сердце. В Казахстане умер водитель, который много лет работал на меня — возил товары. Умер прямо в дороге, во время рейса. Довез груз до Усть-Каменогорска, оттуда позвонили — попал в больницу, и все, мы его потеряли. Врач сказал, что причина смерти — лишний вес. В Шымкенте у меня был знакомый молодой врач, 35 лет. Сам говорил: „Шухрат, нам обоим нужно решить вопрос с весом! Я просто не успеваю, каждый день нужно идти на операцию“. Вот, не успел», — рассказывает мужчина.

Выход подсказал знакомый, который раньше весил около 180 килограммов, а затем резко похудел с помощью хирургического вмешательства. «Был Колобком, а стал статным парнем», — описывает его Шухрат.

Первые бариатрические операции в Узбекистане были проведены около 40 лет назад, но с тех пор изменилось практически все. В 2015 году, вернувшись после повышения квалификации в России, Китае, Южной Корее, Турции и ОАЭ, Шухрат Хашимов вместе с коллегами впервые в стране провел лапароскопическую операцию по уменьшению желудка.

«Раньше бариатрические операции проводились открытым способом, через разрез брюшной полости. У крупных людей и разрез получается большим, из-за толщины подкожно-жировой клетчатки по-другому никак», — в ходе беседы Шухрат Хуршидович редко использует медицинский термин «ожирение», предпочитая называть пациентов «крупными людьми». «Соответственно, раны заживали тяжело, с осложнениями и нагноениями.

Сегодня мы работаем без разрезов, через небольшие проколы.

Это обеспечивает минимальную травматичность и быстрое восстановление. Пациенты встают на ноги уже через 2–3 дня, а не через 7–10 дней, как раньше».

Фото: Евгений Сорочин / Газета

Современная технология такова: через небольшие проколы в брюшную полость вводится лапароскопический телескоп, который передает изображение внутренних органов на монитор. Затем в дело вступает эндоскопический степлер — специальный медицинский инструмент, который отсекает часть желудка и одновременно зажимает и «сшивает» ткань. Отрезанная часть, сдувшаяся как пустой шарик, аккуратно извлекается наружу через один из проколов, слегка расширенный до полутора-двух сантиметров.

Бариатрия — это не пластическая или косметическая хирургия, поэтому пациенты ложатся на операционный стол в строгом соответствии с медицинскими протоколами.

Согласно мировым стандартам, показанием к операции считается индекс массы тела (ИМТ) выше 40, или выше 35, если у человека есть сопутствующие заболевания: сахарный диабет, гипертония, разрушение суставов и другие.

Часто к бариатрическим хирургам пациентов направляют врачи других специальностей — эндокринологи, травматологи, гинекологи. Лишний вес иногда мешает стать матерью, и Шухрат Хуршидович очень радуется, когда бывшие пациентки присылают ему фотографии с младенцами на руках. Иногда суставы человека разрушены настолько, что их необходимо заменить на искусственные, но протез не выдержит вес тела. Тогда травматолог рекомендует сначала избавиться от лишнего веса с помощью бариатрической операции.

Мотивация мужчин и женщин, приходящих на консультацию, различается.

«70% моих пациентов — женщины. Хотя в этом нет ничего постыдного, они почти никогда не признаются, что идут на операцию только ради внешности. Боятся показаться эгоистками. Говорят: „Для мужа, для детей“. Я в таких случаях говорю: „Сделайте это для себя. Если вы сами будете счастливы и здоровы, то и ваша семья будет счастлива“», — говорит врач.

По его словам, у мужчин основные требования — здоровье или карьера.

«Человек с лишним весом стесняется себя, а у мужчин эта неуверенность усиливается из-за проблем с потенцией. После того как они сбрасывают вес, они становятся более активными, возвращают уверенность в себе и часто продвигаются по службе. Кроме того, есть сферы, где карьера напрямую зависит от физической формы — военные, правоохранительные органы. У меня были такие пациенты», — уточняет Хашимов.

Фото: Евгений Сорочин / Газета

В Узбекистане есть еще одна категория пациентов, которых врач называет «женихи и невесты». Их к врачу приводят родители, так как во многих семьях с традиционным укладом вопросы брака решают именно они.

Они воспринимают лишний вес не как проблему со здоровьем, а как препятствие на пути к созданию семьи.

«Родители приводят на консультацию 20-летнего парня. Вес 150 килограммов, ночами сидит за компьютером, ест пиццу и пьет сладкую газировку. Родители расстроены: „За нашего сына никто не идет замуж, помогите“. Или приводят дочерей с желанием выдать замуж, увидеть внуков. То есть лишний вес и ухудшение качества жизни не всегда являются достаточной мотивацией для обращения за медицинской помощью и оплаты операции, а фактор брака становится толчком к этому. Возможно, если бы не вопрос создания семьи, часть таких пациентов не обратилась бы к специалисту», — говорит хирург.

За 11 лет бариатрической практики доктора Хашимова лишь около 15 человек повторно ложились на операционный стол. Желудок — мышечный орган, если его постоянно «растягивать» едой, он неизбежно снова увеличится в размерах.

В первый месяц после операции пациент Шухрат почти ничего не ел. Не имея возможности съесть даже одно куриное яйцо, он перешел на перепелиные. Две-три ложки супа и пиала жидкой каши — вот и вся его еда. Каждый день он с волнением следил за весами, показывавшими минус 0,5 кг. Через некоторое время его вес остановился на отметке 105 кг — он потерял 60 килограммов от своего максимального веса. Давление нормализовалось, исчезли изнурительная изжога и отеки. Произошло и еще одно удивительное изменение — тело перестало посылать импульсы голода.

«Раньше желудок и голова кричали: „Давай поедим!“ Сейчас этого нет. Я сам должен не забывать поесть, стараюсь питаться по часам. Если чувствую, что силы покидают и голова становится тяжелой, значит, калорий не хватает, нужно перекусить. Ношу в сумке немного орехов, изюма или качественного шоколада. Но теперь я ем как европейцы. Я бывал в Европе и видел: приносят большую тарелку, на ней две ложки еды, и то не доедают! Раньше я мог один съесть целый ляган плова, а теперь я тоже как они», — говорит мужчина.

Фото: Евгений Сорочин / Газета

Шухрат не раскрывает подробности операции большинству знакомых.

«Люди разные, — вздыхает он. — Кто-то понимает правильно, а кто-то начинает говорить, что нужно было просто меньше есть. Однажды я был в гостях, съел свою обычную норму и остановился. Один человек начал подшучивать: „Что, отрезал себе желудок и теперь боишься есть?“ Было очень неприятно.

Я ответил ему так: „Послушай, друг, я готов на все, чтобы жить нормально, а ты готов на все, чтобы много есть. Чувствуешь разницу?“

Он смутился и молча встал из-за стола».

Однако, если он видит человека, которому тяжело дышать и двигаться, он не проходит мимо. Для него это непрерывная цепь помощи. Шухрат делится своим опытом и не жалеет времени на объяснения.

«Когда из-за веса мне стало совсем плохо, я молился, и Всевышний послал мне человека, который рассказал об операции, а затем и хороших врачей», — рассказывает он.

После бариатрической операции жизнь Махмуды и Шухрата в корне изменилась. Шухрат говорит, что снова путешествует и часами гуляет пешком по любимым городам — от одышки не осталось и следа.

«Летом я ездил в командировку в Астану — на крупную международную выставку. Четыре дня подряд с утра до вечера наматывал километры по павильонам. Человек с лишним весом не смог бы этого сделать!», — вернувшаяся легкость доставляет ему искреннюю, почти детскую радость.

Махмуда тоже довольна. Уже в первый месяц после операции она потеряла 20 килограммов. Вместе с лишним весом ушли мучительный зуд и воспаления на коже, уровень сахара в крови пришел в норму. Сегодня ее вес составляет 57 килограммов. Она говорит, что выполняет работу санитарки как прежде — без лишних усилий, легко поднимается по лестнице и может носить одежду, которая ей нравится. На одной из последних фотографий женщина запечатлена в платье цвета фуксии с роскошными рукавами в форме роз.

«Лишний вес делает человека „половинчатым“, — говорит Махмуда на прощание. — Ты не можешь жить полноценно, не можешь одеваться так, как хочешь. Чтобы снова стать цельным человеком, нужно вернуть вес в норму».

Международные протоколы лечения ожирения разработаны на основе многолетних исследований, проведенных в США, Канаде и Европе. То есть нормы установлены исходя из параметров «среднестатистического европейца».

«Хотя стандарты универсальны, мы все разные, — объясняет Шухрат Хашимов. — Мировое медицинское сообщество сейчас активно обсуждает понятие расового фактора. Представители негроидной расы могут жить с высоким ИМТ и оставаться метаболически здоровыми. У азиатов же, напротив, осложнения — диабет, поражения сердца и сосудов — начинают развиваться при гораздо более низких показателях. Если сегодня ИМТ 35 признан порогом ожирения второй степени, то по мере накопления доказательной базы может произойти дифференциация по расовому признаку. Например, для негроидной расы — 37, а для азиатской — 33».

Именно поэтому команда доктора Хашимова совместно с Республиканским научно-практическим центром спортивной медицины при Национальном олимпийском комитете начала научный проект по генетическому исследованию метаболизма в Узбекистане.

На эту работу Министерство высшего образования, науки и инноваций выделило грант.

«Сейчас во всем мире состоятельные люди начали изучать свой геном. Персональный тест может рассказать о многом: к каким болезням есть предрасположенность, какие анализы нужно сдавать, какого рациона придерживаться, какой вид спорта даст наилучший результат для организма. А что если применить этот подход в масштабах всей страны?

Генетический срез может стать основой для государственных решений.

Понимая особенности метаболизма населения, можно на национальном уровне изменить рацион в детских садах и школах или определить, какие виды спорта нужно развивать и субсидировать, чтобы люди не доходили до операционного стола», — говорит врач.

Любой человек с диагнозом «ожирение» может попытаться стать участником исследования.

Для пациентов это также возможность снизить стоимость бариатрической операции, так как часть расходных материалов закупается в рамках гранта. Льготная стоимость операции составляет 15–16 млн сумов вместо обычных 19–20 млн сумов. Точную сумму заранее назвать сложно. Она зависит от продолжительности пребывания в стационаре, наличия сопутствующих заболеваний и других факторов.

При этом Шухрат Хуршидович принимает далеко не всех желающих. Помимо ИМТ, он оценивает мотивацию пациента и его готовность соблюдать послеоперационные рекомендации.

«У человека должно быть личное, осознанное желание. Вариант „возьмите меня в исследование, а я буду лежать на диване и продолжать есть чипсы“ не пройдет.

Для нас важно не просто собрать статистику, а понять, как изменить ситуацию.

Участники наблюдаются в динамике: проводится генетический анализ, делается операция, затем через два, три месяца и полгода отслеживается метаболизм. Это позволяет постепенно перевести человека из фазы активного сброса веса к стабилизации и, в конечном итоге, к здоровому питанию», — подчеркивает хирург.

По итогам двухлетнего масштабного исследования Шухрат Хашимов планирует разработать новые алгоритмы лечения ожирения и внедрить их в медицинских учреждениях Узбекистана.