«Искусственный интеллект становится стратегической инфраструктурой» — эксперты ICT Week Uzbekistan

«Искусственный интеллект становится стратегической инфраструктурой» — эксперты ICT Week Uzbekistan

Государственная политика в сфере цифровизации, практические примеры внедрения искусственного интеллекта в бизнес и риски монополизации рынка технологий обсуждались на панельной сессии Future Intelligence, прошедшей в рамках ICT Week Uzbekistan.

В дискуссии приняли участие представители профильных государственных органов, международных технологических компаний, местных стартапов и банковского сектора.

Министерство цифровых технологий совместно с Huawei и Global Computing Consortium готовит документ Uzbekistan AI White Paper («Белая книга Узбекистана по искусственному интеллекту»), сообщил первый заместитель министра цифровых технологий.

Четыре года назад аналогичный документ — «Белая книга по электронному правительству» — лег в основу дорожной карты по развитию государственных услуг.

Новая «Белая книга» нацелена на развитие ИИ в стране, переход от отдельных инициатив к системному внедрению в соответствии со стратегией развития технологий ИИ, утвержденной на период до 2030 года.

Документ даст объективную оценку национальной экосистеме, определит ее сильные стороны и ограничения, а также укажет направления, в которых технологии могут принести наибольший практический эффект.

Кроме того, AI White Paper может стать картой возможностей для технологических компаний и иностранных инвесторов, так как позволит им увидеть «понятную картину» — государственные приоритеты, состояние инфраструктуры, перспективные отрасли, кадровый потенциал и долгосрочные направления развития рынков.

«При этом для нас важно получить не просто набор общих рекомендаций, а рабочий документ, который поможет государственным органам принимать решения, бизнесу — находить новые направления развития, а инвесторам — видеть конкретные возможности. Именно поэтому проект включает в себя отраслевые кейсы, анализ инфраструктуры и инструменты оценки результатов», — заключил Пекось.

Также речь шла о развитии Единого портала интерактивных государственных услуг (MyGov) и о том, как ИИ меняет взаимодействие граждан с государством.

По его словам, за последний год платформа приняла более 66 миллионов обращений, ежедневно ею пользуются более 250 тысяч человек. Мобильное приложение MyGov установили более 16 миллионов пользователей. В приложении доступно 667 услуг, что составляет около 72% всех электронных госуслуг; для их получения больше нет необходимости посещать ведомства.

Абдуфаттахов отметил, что экосистема завершила этап объединения ведомственных услуг в «одно окно» и переходит к услугам, учитывающим жизненные ситуации человека.

«На сегодняшний день на основе принципа „трех шагов“ упрощено более 200 услуг. Внедрено более 130 композитных услуг, объединяющих несколько процедур различных ведомств. Запущена 21 проактивная услуга — когда государство само предлагает услугу гражданину, не дожидаясь его заявления. Отменено более 150 справок, которые раньше приходилось собирать, обходя ведомства. Все это работает благодаря интеграции с более чем 160 информационными системами. Это технологическая основа межведомственного взаимодействия», — сказал он.

В ближайшие планы платформы входит запуск трех проектов на базе ИИ: голосового и текстового ассистента MyGov AI Assistant, системы голосового заполнения заявлений MyGov Speech to Text и сервиса распознавания документов Document AI.

Также планируется создать еще 80 проактивных и композитных услуг, сократить сроки оказания 80 услуг и снизить стоимость 25 государственных услуг. При этом 20 наиболее востребованных процедур будут переведены в онлайн-формат через портал — без необходимости личного визита.

Параллельно изменятся и традиционные центры оказания государственных услуг. Они будут переведены в формат цифрового пространства, где граждане смогут самостоятельно пользоваться услугами через терминалы, а сотрудникам будет отведена роль менторов.

С момента создания Альянса по развитию искусственного интеллекта в 2025 году к нему присоединились 40 организаций, включая государственные ведомства, частные компании и университеты, сообщил директор AI Alliance.

Он пояснил, что задача организации — объединить участников рынка на единой площадке и дать им возможность обмениваться опытом.

«Ни одна отрасль не может развивать эту сферу в одиночку: государственные органы определяют основы регулирования, частный бизнес выступает драйвером внедрения, а университеты обеспечивают отрасль кадрами», — сказал Мухитдинов.

По его словам, организация фокусируется на практических инициативах.

В рамках программы «Пять миллионов лидеров ИИ» в текущем году около 1000 молодых людей из регионов повысили свою квалификацию в этой сфере.

Еще одним важным проектом стал Национальный AI-хакатон, проведенный в 11 регионах страны. Мухитдинов отметил, что в целях демонстрации потенциала регионов проведение ташкентского этапа было намеренно отложено на финал. Конкурс объединил более 3000 участников, подготовивших около 200 прототипов, а после финала часть команд получила инвестиции от венчурных фондов в размере 20−30 тысяч долларов.

Ефэй Сунь сообщил, что экосистема Alipay, построенная по принципу суперприложения, на сегодняшний день расширилась до 4 миллионов мини-программ.

Чтобы облегчить навигацию в комплексе услуг, компания меняет подход к пользовательскому опыту — рынок переходит от традиционных интерфейсов с кнопками и меню к агентским моделям ИИ. При таком подходе клиенту больше не нужно самостоятельно искать нужные разделы — взаимодействие с платформой происходит через естественное общение с цифровым помощником, который сам выполняет необходимые действия.

Анвар Нарзуллаев рассказал о внедрении полностью автоматизированной системы подготовки к трудоустройству. Все этапы — от технического собеседования и решения кейсов до видеоинтервью, анализирующего поведение кандидата, — проводятся с использованием языковых моделей. В общей сложности через платформу на сегодняшний день прошло более 70 тысяч выпускников.

Наиболее заметного эффекта от внедрения ИИ компания достигла во внутренних процессах. По словам Нарзуллаева, команда разработчиков Mohirdev была сокращена до двух человек: тимлида, утверждающего технический план, и инженера по качеству (QA), принимающего результат. Весь код для фронтенда и бэкенда генерирует ИИ.

В результате время разработки новых функций сократилось в 67 раз — средний срок уменьшился с 14 дней до 4−6 часов. Кроме того, в компании было создано единое хранилище данных с возможностью выполнения аналитических запросов через MCP, объединившее CRM, финансовые системы и юридические документы.

Спартак Тетрашвили призвал снизить уровень эмоциональных ожиданий от термина «искусственный интеллект».

«Искусственный интеллект, на мой взгляд, это маркетинговое название, потому что его [в классическом понимании] не существует. То, что мы сегодня так называем — это сверхмощные модели, способные очень эффективно обрабатывать данные», — сказал он.

Тетрашвили сравнил появление ИИ с внедрением компьютеров 50 лет назад, когда финансовый сектор переходил от ручных расчетов к автоматизации.

TBC Bank выделяет три основных сценария взаимодействия с клиентами на базе ИИ:

Для автоматизации внутренних процессов в банке был создан отдельный департамент «ИИ-зации», а следующим ключевым направлением станут ИИ-агенты. За последние три года инвестиции банка в эти технологии составили не менее 15 млн долларов, сообщил Тетрашвили.

«[Это] немаленькая сумма, но мы определенно видим большую выгоду. Возможно, эта выгода не отражается напрямую в цифрах, но это — будущее. Если сегодня не купить компьютер, завтра не поймешь, как им пользоваться. Поэтому мы считаем, что должны быть там, где есть новшества и инновации», — заключил он.

Руслан Намозов подчеркнул, что компания ориентируется исключительно на бизнес-эффект от внедрения технологий. Наибольшую ценность для электронной коммерции представляют алгоритмы поиска и персональных рекомендаций, а также генеративные модели для модерации контента.

По его словам, все ИИ-решения в компании проходят обязательные маркетинговые тесты, так как основные риски проявляются при масштабировании продуктов.

«Можно заполнить все токенами ИИ, но если это неэффективно, в этом нет никакого смысла. Вторая проблема — безопасность данных. Решения, работающие на малых объемах, и решения, работающие на масштабном потоке, — это абсолютно разные вещи, так как необходимо учитывать все непредвиденные ситуации», — сказал Намозов.

отметил, что ИИ меняет традиционные принципы обучения. Если раньше весь класс из 30 человек слушал одного и того же учителя, то теперь ИИ позволяет внедрять персонализированное обучение.

«С помощью ИИ мы наконец-то можем предоставить персонализированные знания каждому человеку. Эти 30 человек могут сидеть в одной аудитории, но получать информацию именно в той форме, которая им подходит. Студент, интересующийся футболом, может изучать тот же закон физики на примерах из футбола, а студент, интересующийся музыкой, — через музыку», — объяснил он.

Говоря о подготовке IT-специалистов, Абдуллаев выделил два основных аспекта. Во-первых, бизнес обновляет стек ИИ каждые несколько недель, поэтому вузы должны быстро адаптировать учебные программы. С этой целью в Университете Инха создан Промышленный консультативный совет (Industry Advisory Board), состоящий из руководителей IT-компаний и экспертов.

Во-вторых, работодатели все чаще отказываются от найма начинающих разработчиков и снижают спрос на специалистов уровня «мидл», в связи с чем вузы должны готовить кадры, способные не просто писать код, но и управлять процессом создания готовых продуктов с помощью ИИ.

В качестве примера адаптации обучения спикер привел практический кейс из университета: студентам дается задание, на разработку которого обычно уходит месяц, но просят выполнить его за двухчасовое занятие. Основные условия — активное взаимодействие в команде и обязательное использование инструментов ИИ.

Фаррух Карабаев посвятил свое выступление вопросам регулирования рынков в эпоху ИИ, а также монополизации технологий и антимонопольной политике.

«Основной вопрос сегодня заключается не в том, кто контролирует ИИ, а в том, кто контролирует рынки, на которых решения уже принимаются ИИ», — сказал он.

В подтверждение этого тезиса Карабаев привел исследование Гарвардского университета и Университета штата Пенсильвания, опубликованное в 2024 году. В ходе эксперимента два ИИ-агента, не имевшие прямого канала связи друг с другом, самостоятельно устанавливали цены с целью максимизации прибыли. В результате они пришли к сверхконкурентным ценам, а при ориентации на долгосрочную доходность общая прибыль приблизилась к уровню монополиста. При этом классические механизмы антимонопольного контроля в данном случае не работают, так как факта юридического сговора или переписки между алгоритмами не было.

Карабаев также отметил беспрецедентную концентрацию ресурсов у ведущих технологических гигантов. В 2026 году Amazon, Alphabet, Microsoft и Meta совместно планируют потратить на капитальные расходы около 725 млрд долларов, большая часть которых связана с развитием инфраструктуры ИИ. Это на 77% больше показателя прошлого года.

Отвечая на вопрос о роли государства, Карабаев призвал воздержаться от поспешного принятия отдельного закона об ИИ. В качестве примера он привел Европейский союз, где жесткий AI Act ограничил местную технологическую сферу, в результате чего европейские компании начали отставать от американских и китайских конкурентов.

Вместо жесткого регулирования представитель Комитета по развитию конкуренции предложил усиливать смежное законодательство.

В части антимонопольного контроля Карабаев высказался за дополнение закона о конкуренции понятием «квазислияний» — сделок в формате «лицензия плюс команда», с помощью которых технологические корпорации обходят стандартные процедуры согласования.

В сфере ценовых алгоритмов он предложил обязать компании обучать системы только на данных старше 12 месяцев, а антимонопольному органу предоставить право запрашивать логи алгоритмов на концентрированных рынках, таких как топливо, авиабилеты и цемент.

По мнению Карабаева, передача персональных данных граждан из государственных служб для обучения моделей должна осуществляться только с явного согласия пользователей.

Чиновник также считает важным развитие суверенного ИИ. Для государственного сектора вместо крупных и дорогих систем он предлагает создавать малые модульные центры обработки данных с компактными моделями, полученными методом дистилляции.

обратил внимание на геополитическую роль технологии в контексте создания в Шанхае Всемирной организации сотрудничества в области ИИ (WAICO).

«ИИ теперь не просто технологическая инновация. Он становится стратегической инфраструктурой, подобно электроэнергии, интернету и космическим технологиям, а также главным направлением геополитического соперничества между ведущими державами, в первую очередь США и Китаем», — сказал он.

Узбекистан наряду с Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном вошел в число 29 стран-учредителей WAICO. По словам Норова, статус соучредителя дает государствам региона возможность участвовать в разработке глобальных правил, механизмов принятия решений и технических стандартов, а не подстраиваться под чужие нормы.

Спикер подчеркнул, что в основе новой организации лежат взаимное доверие, уважение суверенитета и принятие решений на основе консенсуса. По его словам, для Узбекистана, стремящегося стать региональным хабом, членство в WAICO открывает путь к развитию центров обработки данных и облачных платформ, привлечению инвестиций и созданию совместных исследовательских центров.