Готов ли Дональд Трамп вести бизнес с Мьянмой?

Готов ли Дональд Трамп вести бизнес с Мьянмой?

Высокопоставленный американский чиновник впервые за многие годы встретился с лидером Мьянмы Мин Аун Хлайном

Сменилась ли многолетняя политика Вашингтона по изоляции военных правителей Мьянмы?

Информация о том, что высокопоставленный чиновник администрации Трампа встретился с Мин Аун Хлайном в прошлом месяце, а также исключение некоторых представителей бизнеса из санкционного списка США указывают на возможные изменения.

До последнего времени США поддерживали весьма ограниченные официальные контакты с режимом после переворота 2021 года, когда военные Мьянмы отстранили от власти демократически избранного лидера Аун Сан Су Чжи. Совсем недавно Вашингтон ввел серию точечных санкций против лиц, признанных поддерживающими хунту.

Встреча, состоявшаяся 15 и 16 сентября, прошла с участием помощника госсекретаря США по разведке и исследованиям Майкла Вэнса в столице Мьянмы, Нейпьидо. Внешне она была призвана содействовать освобождению Адама Кастильо, гражданина США, задержанного в июне после конфликта с местной Американской торговой палатой.

Однако Вэнс стал самым высокопоставленным американским чиновником, встретившимся с Мин Аун Хлайном с момента прихода последнего к власти, и они почти наверняка обсудили другие вопросы, представляющие взаимный интерес.

Как стало известно, Вэнс также встречался с бирманскими чиновниками в Токио в июне, снова в Токио в этом месяце, а также с представителями групп, выступающих против военного правления.

И все же признаки изменения политики США в отношении Мьянмы восходят к июлю прошлого года, когда тарифная война президента Дональда Трампа была в самом разгаре.

Именно тогда Мин Аун Хлайн, наряду с другими региональными лидерами, получил личное письмо от президента США, в котором тот сообщал, что пострадавшая экономика его страны столкнется — в случае Мьянмы — с 40-процентными тарифами.

Другие страны с шоком отреагировали на карательные пошлины, наложенные на их жизненно важную торговлю с нацией, которую они когда-то считали другом и союзником.

Значительная часть Мьянмы опустошена гражданской войной, продолжающейся с 2021 года

Мин Аун Хлайн, однако, был доволен.

Он сразу же ответил, выразив «искреннюю признательность за это обнадеживающее приглашение продолжить участие в чрезвычайной Экономике Соединенных Штатов, Рынке Номер Один в Мире», воспроизводя преувеличенный стиль Трампа и его необычное использование заглавных букв.

«С большим уважением я хочу отметить сильное лидерство Вашего Превосходительства в ведении вашей страны к национальному процветанию в духе настоящего патриота».

Это было не просто инстинктивное стремление диктатора использовать лесть как лучший путь к расположению Трампа. Переворот Мин Аун Хлайна и вызванная им гражданская война превратили его в международного изгоя.

Его режим оставался в значительной степени непризнанным. Его обвиняли в совершении военных преступлений, а в Международном уголовном суде и Международном суде ООН против него были возбуждены дела. За исключением России и, с недавних пор, Китая, остальные правительства его избегали.

И тем не менее, президент США обращался к нему, как к любому другому президенту или премьер-министру: «Ваше Превосходительство». В письме Трампа не было ни слова о страшных человеческих жертвах захвата власти Мин Аун Хлайном, о раздавленной демократии и заключении в тюрьму лидера Аун Сан Су Чжи.

В том же месяце режим подписал контракт на сумму 3 млн долларов США (2,3 млн фунтов стерлингов) с DCI, давно существующей вашингтонской лоббистской фирмой, к услугам которой ранее, в 2002 году, уже прибегал прежний бирманский военный режим, чтобы попытаться улучшить свой имидж.

С тех пор военное правительство также привлекло Роджера Стоуна, противоречивого лоббиста и доверенное лицо президента Трампа, выплачивая ему 50 000 долларов США в месяц.

Примерно в то же время Адам Кастильо, бывший морской пехотинец США и сторонник Трампа, только что ушедший с поста президента Американской торговой палаты в Янгоне, находился в Вашингтоне, призывая команду вице-президента Джей Ди Вэнса возобновить взаимодействие.

Кастильо доказывал, что стратегия США по изоляции хунты с помощью санкций не сработала.

«Мьянма имела значение для Америки не только как моратическая притча, но и как стратегический интерес», — написал он в своей книге «Finding Our Voice: A Story of Leadership in Crisis and the American Spirit Abroad» («Обретая свой голос: история лидерства в кризис и американский дух за рубежом»). Он сказал команде вице-президента, что США «могут взаимодействовать с Мьянмой без войны или изоляции, ослабить хватку Китая в отношении критически важных минералов и привести мир в соответствие с американскими интересами».

Кастильо ломился в открытую дверь.

Зависимость США от редкоземельных металлов из Китая проявилась, когда Китай прекратил их поставки в ответ на тарифы Трампа в апреле. После этого администрация начала уделять особое внимание поиску альтернативных источников снабжения. Мьянма обладает крупными запасами редкоземельных металлов, которые в настоящее время разрабатываются исключительно в интересах Китая.

Почти в то же время Государственный департамент выпустил новое руководство для посольств США по всему миру о том, как следует комментировать выборы. В нем говорилось, что «в заявлениях следует избегать высказывания мнений о честности или целостности избирательного процесса, его легитимности или демократических ценностях соответствующей страны».

Поэтому, когда в декабре и январе в Мьянме прошли подвергшиеся жесткой критике всеобщие выборы, позволившие Мин Аун Хлайну превратиться из лидера переворота в номинально гражданского президента, США, в отличие от большинства западных правительств, не стали осуждать их как не являющиеся ни свободными, ни честными.

На протяжении десятилетий США регулярно выносили суждения о выборах в других странах. Теперь же им нечего было сказать.

Шаг Вашингтона по снятию санкций с некоторых лиц, попавших под ограничения при администрации Байдена, казался еще одним подтверждением нового курса политики США в отношении Мьянмы.

«Годами подход США к Мьянме определялся изоляцией, санкциями и дистанцированием», — написала DCI в своем недавнем информационном бюллетене. «Эта эра закончилась… К счастью, у президента Трампа есть смелость попробовать что-то другое».

Тон, очевидно, изменился, но суть отношений между США и Мьянмой изменилась не так сильно.

«На практике изменилось меньше, чем утверждают заголовки», — говорит Ричард Хорси, советник по Мьянме в International Crisis Group, отмечая, что Мин Аун Хлайн остается под санкциями. «Что действительно ново, так это уровень контактов и место проведения. Высокопоставленные чиновники США теперь побывали в Нейпьидо, а это именно то, чего хотел Мин Аун Хлайн. Следующее, чего он хочет, — это ослабление санкций, и этого добиться будет сложнее».

Однако еще одна инициатива Трампа, предпринятая в прошлом году, могла оказать куда более сильное влияние на Мьянму: ликвидация USAID, которая сократила помощь оппозиционным группам, диссидентским СМИ и беженцам более чем вдвое.

Кроме того, было принято решение, осужденное правозащитными группами, об отмене статуса временной защиты (Temporary Protected Status) для 4000 бирманцев, искавших убежища в США. Теперь они живут в страхе быть возвращенными на родину, где многим из них грозит тюрьма или что-то худшее.

Что касается редкоземельных металлов Мьянмы, лишь немногие эксперты считают, что они когда-либо будут представлять большую ценность для США. Большинство их месторождений расположены в районах, оспариваемых этническими повстанческими армиями.

В настоящее время добычу ведут китайские компании с большим опытом работы в этих беззаконных приграничных регионах, после чего сырье перевозится через границу в Китай для переработки. Трудно представить, каким образом США могли бы получить к ним доступ.

Также сомнительно, что США смогут добиться от правительства Мьянмы существенного сотрудничества в борьбе с индустрией кибермошенничества.

Состоялось несколько широко освещавшихся кампаний по борьбе с некоторыми крупными мошенническими комплексами, но стоящие за ними синдикаты просто рассредоточились, создав более мелкие предприятия в более отдаленных районах, и в любом случае большинство из них работают при поддержке ополчений, союзных военным Мьянмы.

«Разговор с Нейпьидо сам по себе не является ошибкой», — считает Хантер Марстон, директор по Юго-Восточной Азии в Lowy Institute.

«Вопрос в том, о чем Вашингтон просит и чем он жертвует. Ему следует использовать этот канал для действительно важных вещей: гуманитарного доступа, прекращения авиаударов по гражданскому населению. Ему следует продолжать диалог с оппозицией и этническими вооруженными группировками, которые контролируют большую часть страны. А что касается кибермошенничества, то самое эффективное, что могут сделать США, — это координировать действия с другими правительствами региона, включая Китай, чтобы отслеживать денежные потоки».

Возможно, более крупный вопрос заключается в том, есть ли у президента Трампа, отвлеченного внутренней политикой и войной с Ираном, ресурс времени и внимания, чтобы уделять Мьянме постоянное внимание, не говоря уже о том, чтобы бросить вызов доминирующему влиянию Китая.