«Возможно, для хокимиятов нужны памятки, чтобы не трогали мозаики». Панно Жарского пытались «дорисовать»

«Возможно, хокимиятам нужны инструкции, чтобы не трогать мозаики». Панно Жарского пытались «дорисовать»

Хокимият Мирзо-Улугбекского района Ташкента выдал разрешение на «дорисовку» одной из всемирно известных мозаик столицы Узбекистана, созданной Николаем Жарским (информация о панно доступна на официальном сайте).

После запросов «Газеты» в государственные органы и обращений жителей работы были приостановлены.

Утром 28 августа наш корреспондент, заметив рабочих, закрашивающих керамические панели на торце девятиэтажного дома в махалле «Турон» (адрес: ул. Паркент, 1), провела несколько часов рядом, пытаясь выяснить характер работ и их инициаторов. Ниже представлен её рассказ о том, как ситуация развивалась от «всё уже решено» до «работы приостановлены».

9:47.

Журналистка обращает внимание на рабочего, который начал наносить голубую краску поверх жёлтой плитки. Работа продвигается очень быстро.

В нижней части торца дома виден эскиз будущего мурала.

«Газета» направляет запросы в районный и городской хокимияты, а также в Агентство культурного наследия и Фонд развития культуры и искусства Узбекистана.

10:00.

На каждую панель уходит примерно 10 минут. Уже закрашены две из трёх панелей на девятом этаже.

Прохожие останавливаются, чтобы сфотографировать дом. На вопрос: «Что здесь будет?» им отвечают: «Будет красиво».

На месте находятся три человека. Один управляет подъёмником, второй наблюдает со стороны, у третьего на чёрной майке написано «Охрана».

На вопросы журналистки представитель компании, выполняющей работы, заявляет, что мозаику трогать не будут.

Он достаёт телефон и показывает эскиз будущего мурала. Документы он не предъявил, но заверил, что районный хокимият одобрил проект.

На эскизе рисунок полностью закрывает мозаику. Молодой человек спешит добавить, что это лишь эскиз. Например, беркут нарисован, но на мурале его не будет. «Солнце тоже останется, новая краска будет только сверху и снизу».

Пресс-секретарь хокимията района Маъмур Пармонов сообщает по телефону, что мозаику трогать не будут, но её дополнит мурал. На панелях есть разрушенные части, они нуждаются в реставрации, добавляет он.

10:15.

Жительница дома Татьяна Челнокова, подойдя к рабочим, спрашивает, зачем они закрашивают стену. Она напоминает, что мозаики недавно признали объектами культурного наследия:

«Весь Ташкент за них боролся».

В махалле уже несколько месяцев идёт масштабная реконструкция. Вопреки заверениям хокимията о том, что жители знают обо всех планах администрации и что все работы ведутся по согласованию с жителями, Челнокова говорит, что узнала о закраске стены, проходя мимо. «Газета» писала, как проект реконструкции изменили после недовольства жителей.

«С нами никто вообще не разговаривал.

Я сейчас домкому позвонила, она не в курсе», — заявляет она. Женщина пытается дозвониться до участкового, но тот не отвечает.

Челнокова говорит рабочим, что жителей надо было предупредить — окна соседей на восьмом и шестом этажах распахнуты. «Там же краска», — говорит она и набирает номера соседей на телефоне.

Женщина настаивает, что никто не даст согласие на закрашивание стены. Диалога не выходит. Работа продолжается.

Сотрудник компании звонит работнику наверху и говорит, что окна стоило бы закрыть. Он также предупреждает его:

«Мозаику не трогать».

На место прибывают пресс-секретарь хокимията района, и. о. председателя махалли и домком дома №1.

10:20.

Все панели девятого этажа закрашены. Мозаика начинается на уровне потолка восьмого этажа.

10:25.

В Агентстве культурного наследия «Газете» сообщают, что руководство и специалисты изучают вопрос.

10:34.

Руководитель компании Klas Group Building Бахтиёр Юлдашев рассказывает корреспонденту, что в махалле планируется обновить один мурал на доме №8 и создать новый на другом доме.

10:40.

Домком Ольга Ефанова говорит, что дом построен в 1981 году. По её словам, люди не против обновлений в махалле, но им нужен диалог.

«Это не согласовано с людьми. Для кого это делается? Для людей. Уведомите их, скажите, что вы хотите сделать, вот тогда обойдёте острые углы. Ведь это наша память. Это единственный дом здесь с такой мозаикой, наше достояние», — говорит Ольга Александровна.

Конструкция, о которой говорят жительницы.

Татьяна Челнокова и домком показывают на новую металлическую конструкцию рядом с домом, которая должна стать магазином сельхозпродукции.

Несмотря на возражения, хокимият решил установить магазин на месте, где по вечерам в прохладе собираются соседи, играют дети.

Кроме того, это безопасный путь во двор и из двора.

Дорожка перед домом имеет очень крутой подъем, в зимнее время она часто бывает скользкой. Этого пространства жителей лишили.

«Зачем нам здесь магазин? Мы им говорили, что нам не нужно, у нас с другой стороны дома полно магазинов. Конструкция рядом с окном — это может быть некомфортно», — говорят жительницы.

После ремонта улица у дома стала шире — и здесь сразу стало больше машин. Тротуар не предусмотрен, и люди вынуждены ходить между автомобилями.

Поскольку хокимият и рабочие не слушают жителей, они обращались в хокимияты и прокуратуру, но ответов пока не было.

10:50.

Между тем, рабочий на подъёмнике уже закрашивает панели на уровне шестого этажа — сразу после линии мозаики.

Пресс-секретарь Маъмур Пармонов говорит, что работы по ремонту и благоустройству в махалле ведутся в рамках программы «Обод махалла» («Благоустроенная махалля»).

«Ремонт фасадов охватит более 20 домов, так как они изношены. На сегодня работы по фасадам выполнены более чем на 90%», — сообщает он.

11:02.

И. о. председателя махалли Комил Жаббаров объясняет «Газете», почему люди так остро могут реагировать.

«У каждого есть связь с домом, свои ассоциации. Когда спрашиваешь, в каком доме вы живёте, наши говорят: „В доме с мозаикой“. Понимаете, они уже привыкли, это неотделимая часть дома, поэтому вполне естественно, что люди переживают», — отмечает он.

11:12.

Маъмур Пармонов сообщает «Газете», что работы остановлены.

«Решение о дальнейших работах будет принято на основании заключения специалистов.

Сейчас они временно приостанавливаются. Работы будут выполняться строго на основании заключения о состоянии мозаики — нуждается ли она в реставрации или нет», — подчёркивает пресс-секретарь.

12:02.

В Агентстве культурного наследия предоставили «Газете» копию акта, в котором говорится о приостановлении работ.

«Продолжение работ возможно только после получения положительного заключения Научно-экспертного совета при Агентстве культурного наследия», — отметили в агентстве.

Там напомнили, что в постановлении президента от 19 ноября 2025 года ставилась цель по достижению признания Ташкента в мировом масштабе как города с наибольшим количеством мозаик.

Работа по приданию охранного статуса мозаикам продолжится. Мозаику на обоих торцах дома №1 планируется внести в Национальный перечень объектов недвижимости материального культурного наследия, сообщили в агентстве.

Мозаика на противоположном торце этого же дома.

12:05.

Хокимият Мирзо-Улугбекского района, утром утверждавший, что все работы согласованы, в заявлении поблагодарил жителей «за неравнодушие, внимание к облику своего района и бережное отношение к его архитектурным и художественным элементам».

Произошедшее «Газете» прокомментировала научный руководитель и консультант проекта «Мозаики Ташкента», руководитель социальной группы «Шагаю.уз», исследовательница города Фотима Абдурахманова.

«Авторы эскиза мозаики на улице Паркент, 1 до начала работ должны были бы связаться с Фондом развития культуры и искусства, с Агентством культурного наследия и согласовать проект.

На мой взгляд, необходимо предварительно получить мнение экспертов о том, насколько возможно совмещать на одной стене мозаику и мурал», — сказала она.

Вопрос сохранения мозаик звучит в Узбекистане не первый день, однако местные власти продолжают предпринимать попытки закрасить их. В 2022 году пытались закрасить мозаики, созданные под руководством братьев Жарских, на целом ряде домов недалеко от хокимията Ташкента и главных управлений архитектуры и благоустройства, а также по улицам Фурката и Бабура. Хокимият тогда пытался оправдаться и заявил, что мозаичные панно не закрашивают, а «наоборот, покрывают специальным материалом», чтобы сохранить их «в качестве достопримечательности города». Однако это было неправдой. После сообщений в СМИ и недовольства общественности с мозаик начали удалять слой цемента.

«Надо понимать, в каком городе мы живём. Ташкент — это город мозаик.

Варварство по отношению к ним — это нарушение норм и правил», — отметила Фотима Абдурахманова.

«Возможно, стоит создать памятки для работников хокимията, чтобы они не трогали мозаики.

Если они говорят про реставрацию, то её должны делать эксперты, в том числе архитекторы, которые могут внести свои предложения», — добавила она.

Для сохранения мозаик, безусловно, нужны реставрационные работы. Но вопрос с подготовкой узкопрофильных специалистов, которые могли бы их провести, остаётся открытым, сказала Фотима Абдурахманова.

Она напомнила, что в Ташкенте был проект, когда на доме по улице Афросиаб совместили мозаику братьев Жарских и мурал. В ноябре 2023 года художница и декоратор Надежда Рихсиева нарисовала фото Макса Пенсона на нижней части торца дома. Однако в этом случае часть мозаики была до этого уничтожена владельцем помещения на первом этаже.