«У учителей нет академической свободы». Феномен учителя в образовании: как они работают?

«У учителей нет академической свободы». Феномен учителя в образовании: как они работают?

В 3-м выпуске подкаста был проанализирован феномен учителя. Кто такой учитель в образовании? Какова его задача? Каким должен быть качественный учитель? Как работает сфера педагогики в Узбекистане? Чтобы найти ответы на эти вопросы, в этот раз в студию были приглашены постоянный эксперт в сфере образования Комил Джалилов, педагог Шокир Турсун и ректор Национального института педагогического мастерства имени Абдуллы Авлони Абдували Исмоилов.

— Комил ака, тема, к которой мы всегда обращаемся в первую очередь в наших подкастах, — это теория. Давайте сначала поговорим об этом: кто такой учитель сам по себе и какую задачу он выполняет?

— Комил Джалилов:

Прежде чем ответить на вопрос о том, кто такой учитель, хотим мы того или нет, придется обратиться к предыдущим выпускам нашего подкаста. Потому что образование — это все-таки целостная система. Если помните, в прошлых подкастах мы говорили о философии и методологии образования, то есть о том, какие философии образования и методологические подходы существуют в обучении. Тогда мы отмечали, что 3 важных компонента образования взаимосвязаны и должны работать в этой гармонии.

Теперь о том, кто такой учитель: он стоит в центре этой системы. Потому что именно учитель непосредственно претворяет в жизнь учебные программы или философию образования в классе. То есть, какие бы цели ни стояли перед образованием, степень достижения этих целей напрямую решает учитель, он выполняет роль самой главной фигуры.

Что касается задачи учителя, то здесь мы снова возвращаемся к философиям. Исходя из философии образования, роли определяются по-разному. В целом, мы делили философии образования на несколько подходов. В традиционных философиях цель состоит в большей степени в том, чтобы передать учащемуся знания, навыки или ценности, которые считаются важными для общества.

При этом учащиеся находятся в пассивной роли, то есть в роли получателей, усвоителей информации. Учитель же предстает как передатчик информации, то есть как некий эксперт. Во втором подходе выдвигались прогрессивные философии.

Здесь больше внимания уделяется развитию личности учащегося, его критического и творческого мышления, а также других навыков, формированию его как активной личности. В этом случае учитель выступает как фасилитатор, то есть не как тот, кто передает знания учащемуся в готовом виде, а как направляющий, создающий условия для овладения этими знаниями.

Он задает вопросы, дает задания, и учащиеся, отвечая на эти вопросы, выполняют поставленные учителем задачи, формируют свои знания. Третья, еще более прогрессивная философия, отчетливо возникла в 1950–1960-х годах прошлого века, и это — реконструкционизм, то есть связь с переустройством общества.

При этом школы начинают приходить к выводу, что просто готовить учащегося к демократическому обществу, делать его активным гражданином недостаточно. Здесь учащийся готовится не только как активный гражданин, но и как человек, способный видеть недостатки в обществе. То есть завтра, после окончания школы, он должен быть готов изменить общество как его активный член.

Учитель должен быть в большей степени партнером, вступающим в диалог. Он пытается объяснить, где и какие есть проблемы, что и как можно исправить. В целом, роль учителя, хотим мы того или нет, будет разной в зависимости от цели.

Конечно, не обязательно зацикливаться на одной философии образования и говорить, что учитель должен делать только так или только эдак. Потому что в рамках предметов цель одного конкретного урока может быть разной. В зависимости от этого меняется и роль учителя.

Учитель не должен ограничиваться только предоставлением знаний. Если вчера учитель рассматривался как источник знаний, то сегодня знания можно получить не только от учителя, но и из искусственного интеллекта и интернета. Возможности расширились. Следовательно, роль учителя тоже меняется.

Если раньше учитель ограничивался лишь передачей информации из учебника, то сегодня этого недостаточно. Ему приходится учить ученика думать, рассуждать, также становится важным объяснять, насколько необходимо применять полученные знания на практике. Следовательно, учитель должен постоянно работать над собой, уделять особое внимание своему профессиональному развитию.

В связи с этим, думаю, нам также необходимо перечислить возможности, предоставляемые государством. Чтобы учитель был предан своей профессии и хорошо выполнял свою роль, ему прежде всего нужны были условия. Где были наши учителя 10 лет назад? В те времена у них еще не было времени думать о качестве школьного образования, потому что они были заняты не свойственной им работой.

Сегодня условия созданы, школам уделено внимание, создана новая система повышения квалификации. Если у учителя нет знаний, это дошло до уровня, когда это становится очевидным. Теперь они постоянно работают над собой, развиваются и стараются стать хорошими преподавателями.

— Абдували ака, извините, что перебиваю вас на этом месте, мы еще поговорим об этом. Есть также вопросы о том, каковы сами условия, то есть отвечают ли они требованиям, готовятся ли качественные учителя. Как вы считаете, какому из перечисленных Комилом ака теоретических подходов сейчас находится соответствие на практике?

— Абдували Исмоилов:

Конечно, как сказал и сам Комил ака, трудно утверждать, что мы находимся строго в той или иной теории. Деятельность учителя меняется. Если раньше он был источником знаний, то теперь переходит к роли фасилитатора. Чтобы перейти к роли фасилитатора, правильнее будет сказать, что мы находимся на пути реконструкции, развития.

Потому что трудно сказать, что мы уже достигли современной развитой модели. Но, конечно, мы на этом пути. Ответы на вопросы о том, каково это — быть фасилитатором в системе повышения квалификации, то есть какими методами обучают рассуждению или какие методы нужны для обучения критическому мышлению, преподаются в процессе повышения квалификации.

Учителя изучают это и стараются применять в своей деятельности. Думаю, мы находимся на пути внедрения самых современных моделей. Мы все к этому стремимся. Учитель тоже рано или поздно придет к этой модели.

— Шокир ака, в международном опыте есть страны с сильной системой образования. Как в таких системных странах определено, кто такой учитель и какую задачу он должен выполнять?

— Шокир Турсун:

Лично для меня у учителя есть 3 типа задач. Первая — проектирование обучения. Прежде всего необходимо разработать ответы на вопросы: чему ребенок учится, когда учится, как учится. Вторая задача — диагностика процесса обучения.

То есть это не оценивание, под диагностикой понимается анализ того, где возникают проблемы, где дети не могут усвоить материал, по какой причине возникает проблема. Конечно, решения для этого согласовываются консорциумом, то есть коллективно.

И третье, самое важное, чего, можно сказать, немного не хватает, — это пробуждение мотивации. То есть стоит вопрос пробуждения у ребенка внутренней мотивации к получению знаний. Можно назвать это повышением интереса к предмету. Но в целом — во всей системе.

Я считаю, что учитель, выполнивший эти 3 задачи, будет идеальным учителем в любой из перечисленных выше философий. Если спросить, есть ли такие учителя на практике, то в Узбекистане их мало. Нужно искать. Даже если вы найдете, такие учителя стоят дорого. Потому что система не позволяет осуществлять первую задачу, то есть этап проектирования.

— Комил Джалилов:

Если позволите, я добавлю здесь. Исходя из нескольких только что перечисленных задач, хотелось бы остановиться на процессе проектирования обучения. Наиболее часто используемое название на английском языке — instructional design. Это означает проектирование процесса обучения.

Дизайн здесь употребляется в значении проектирования. Если привести простой пример, чтобы сделать что-то, вы сначала рисуете чертеж хотя бы на бумаге, верно?! Чертеж нужен для того, чтобы видеть, как я хочу достичь конечного результата и что для этого нужно.

В образовании должно быть точно так же, то есть должен быть вопрос: какого ученика мы хотим выпустить после определенных четвертей, лет или вообще после 11 лет обучения, какого человека мы видим. После того как будет ответ на этот вопрос, можно проектировать обучение, то есть разрабатывается то, что необходимо сделать, чтобы привести к этому.

Сейчас Шокир говорит, что система образования не дает учителям такой возможности, если помните, мы говорили об этом и в прошлый раз, то есть у нас, хотим мы того или нет, в очень многих случаях система образования, особенно государственная система образования, ограничила учителя. Я имею в виду академическую свободу.

Например, нет возможности выбора учебника, темы. Это определено официальными лицами. Дают так называемый календарный план, хотите вы того или нет, вы проходите данную тему, менять ее нельзя. Если придет проверяющий, а вы вместо заданной темы проходите другую, вы столкнетесь с проблемой.

Если система определяет каждый ваш шаг, функции атрофируются, то есть функции, не будучи используемыми, постепенно начинают исчезать. Например, если человек долго не ходит на ногах, он забывает, что такое ходьба.

Это похожий процесс: если учитель на практике не проектирует обучение, он забывает это, работает только с готовым предоставленным материалом. В результате возникает еще одна большая опасность: он видит основную функцию материала в передаче этого самого материала.

На мой взгляд, особенно в государственной системе образования, основная задача учителей рассматривается как преподавание учебника, а понимают ли дети или нет — это как будто неважно. Из-за того, что мы не даем возможности функции проектирования образования, эта функция разрушается сама по себе, и вместе с ней продолжают исчезать и сопутствующие функции.

То есть мы говорим «фасилитатор», но чтобы прийти к этому, учитель должен пройти 3 этапа. Например, если я написал учебник, я написал его со своим мировоззрением.

Такие учебники не могут охватить 6 миллионов детей, обучающихся в более чем 10 тысячах школ. Это вообще невозможно. Абдували ака, возможно, и вы это подтвердите, я сам не нашел ни законного основания, ни логики того, почему прохождение именно по учебнику является обязательным.

То есть учителю обязательно проходить учебную программу, но я не понимаю того момента, почему обязательно проходить именно тему в учебнике, заставлять выполнять задания в учебнике.

— Абдували Исмоилов:

Я хотел бы сделать акцент на результатах исследования TALIS (Teaching and Learning International Survey — крупное международное исследование, проводимое Организацией экономического сотрудничества и развития (OECD), оценивающее деятельность, условия работы учителей и директоров школ, а также образовательную среду), проведенного среди учителей. Согласно результатам исследования, проведенного в 2024 году, в образовании наблюдаются очень большие сдвиги, ряд положительных аспектов.

Отмечен ряд положительных моментов касательно удовлетворенности учителей своей профессией, зарплатой, ростом их статуса в обществе, вместе с тем есть один интересный аспект: недостаточная автономность учителя для осуществления своей деятельности. То есть он не самостоятелен. Я согласен с мнением Комила ака, выяснилось, что полномочия учителя для ведения урока ограничены.

В этом исследовании данный показатель также оказался более низким. Сейчас образование идет по пути развития. Думаю, на следующем этапе нам нужно подумать и об этом. Да, сейчас у учителя нет возможности выбора учебника, но придет время и для выбора. Для этого мы должны поднять вопрос о том, каким вообще должен быть идеальный учебник. У нас с большими усилиями через опыт Сингапура, Финляндии внедряется новый учебник.

На следующем этапе, как лицо, ответственное за повышение квалификации, мы с нашей командой внедрили методы его преподавания. То есть в системе повышения квалификации мы донесли до учителей методы из новых учебников, принятых в 2024–2025, 2025–2026 годах. Учителя были этому очень рады.

Они радовались и восприняли это с большим интересом, говоря: «Нет, внедрены хорошие методы, хороший опыт, если мы это изучим, это очень поможет нашему уроку». В 2024–2025 годах была внедрена программа повышения квалификации в объеме 116 часов по естественным наукам и 106 часов по математике. Процесс внедрения учебников не завершился до конца, то есть еще не дошел до 11 класса. Пусть дойдет до конца. Думаю, после того как он завершится, мы придем и к возможности выбора.

— Комил Джалилов:

Потому что на практике мы чаще наблюдаем обратное.

— Абдували Исмоилов:

Не знаю, остановимся мы на этом позже или нет. Но на международном уровне крупнейшим исследованием по анализу деятельности учителей является TALIS. На национальном уровне лучшего исследования пока не выходило. Согласно его результатам, 95 процентов принявших участие педагогов указали, что на сегодняшний день они довольны своей профессией. Это тоже хороший сигнал для нас.

— Шокир Турсун: Это может показаться космической цифрой, но если подумать, почему так, то они сравнивают с прошлым и настоящим временем. Они не сравнивают с идеалом. То есть берут среднее. Точнее говоря, они чувствуют удовлетворение, потому что стало лучше, чем раньше.

— Комил Джалилов:

Они сравнивают с тем, что было 10 лет назад, скажем, когда месяцами не возвращались с хлопка или выполняли другую несвойственную им работу. Да, по сравнению с тем, что было раньше, сейчас намного лучше, но, на мой взгляд, при получении результатов TALIS или подобных исследований нужно подходить с некоторой осторожностью. В английском языке есть понятие self-reporting, то есть самоописание или самооценка. Этот навык не только у учителей, но и в целом у нас как у общества развит не очень хорошо. То есть, когда мы оцениваем сами себя, мы часто либо сильно преувеличиваем, либо сильно занижаем. Нам очень трудно дать правильную оценку. Особенно те, кто работает в государственных структурах, на мой взгляд, при заполнении опросников такого рода подходят очень осторожно и отвечают больше исходя не из своих личных наблюдений или личной оценки, а из того, чего от них ожидают.

Да, например, могут быть и директора, которые говорят: «Заполните красиво», мы этого тоже не отрицаем. Но даже если такой ситуации нет, у нас все равно больше думают о том, какого ответа от меня ждут.