«Стратегическая автономия должна означать не выбор между партнёрами, а больше выбора». Элдор Арипов — о сотрудничестве ЦА и ЕС

«Стратегическая автономия должна означать не выбор между партнёрами, а больше выбора». Элдор Арипов — о сотрудничестве ЦА и ЕС

Центральная Азия всё меньше воспринимается сквозь призму России, Китая или Афганистана и всё отчётливее приобретает собственное стратегическое значение. При этом сближение с Евросоюзом, по мнению, не должно ставить регион перед необходимостью выбирать между внешними партнёрами, а должно расширять его доступ к рынкам, инвестициям, технологиям и транспортным маршрутам. Об этом заявил директор Института стратегических и межрегиональных исследований при президенте Узбекистана Элдор Арипов, выступая на первом Форуме аналитических центров «Центральная Азия — Европейский союз» в Брюсселе.

Как отметил Арипов, ещё относительно недавно международный интерес к Центральной Азии во многом определялся внешними обстоятельствами: соседством с Россией и Китаем либо значением региона в контексте Афганистана. Теперь же ситуация меняется.

Экономика Центральной Азии увеличивается более чем на 6% в год — примерно вдвое быстрее среднемировых темпов, а население региона, как ожидается, к 2050 году превысит 100 миллионов человек. Одновременно растёт значение Центральной Азии как транспортного узла на фоне усиливающихся ограничений и сбоев на традиционных северных, ближневосточных и морских маршрутах. Кроме того, регион располагает значительными запасами критически важных ресурсов, необходимых современной промышленности и новым технологиям.

Однако самым важным изменением Арипов назвал укрепление связности самой Центральной Азии. Страны всё чаще выступают с общей повесткой во взаимодействии с внешними партнёрами. Сегодня уже существует более 10 форматов «Центральная Азия плюс», развивается общая инфраструктура, расширяется торговля, а экономики региона постепенно становятся более взаимосвязанными.

«Центральная Азия больше не просто пять отдельных национальных рынков. Она постепенно становится более интегрированным экономическим пространством», — заявил он.

По его словам, это делает регион более привлекательным и надёжным партнёром как для Европы, так и для международного сообщества в целом.

По мнению Арипова, партнёрство Центральной Азии и ЕС должно опираться на три принципа.

**Взаимодополняемость.**

Сотрудничество с Европой не следует воспринимать как альтернативу отношениям Центральной Азии с другими партнёрами.

«Цель не в том, чтобы заменить существующие партнёрства, а в том, чтобы добавить новые возможности. Для нашего региона стратегическая автономия не должна означать выбор между партнёрами. Она должна означать больше выбора», — подчеркнул он.

Ценность сотрудничества с ЕС, по его словам, состоит в расширении для стран Центральной Азии числа доступных рынков, маршрутов, технологий и источников инвестиций. Новое партнёрство, отметил Арипов, не должно приводить к замене одной зависимости другой.

**Устойчивость к внешним потрясениям.**

Для Центральной Азии это означает способность сохранять темпы развития и самостоятельность даже в более фрагментированном и непредсказуемом мире.

Одним из примеров может стать сотрудничество с ЕС в сфере возобновляемой энергетики, которое позволит снижать зависимость от традиционных источников энергии. Ещё одним направлением может быть создание дополнительных легальных возможностей для трудоустройства граждан Центральной Азии в европейских странах, что помогло бы диверсифицировать миграционные потоки.

**Долгосрочность.**

Текущие геополитические процессы заметно усилили интерес Европы к Центральной Азии, однако, по мнению Арипова, важно, чтобы сближение продолжалось независимо от обстоятельств, которые изначально его ускорили.

«Партнёрство становится по-настоящему стратегическим, когда его ценность не зависит от политических тенденций текущего момента. Нам нужны механизмы и проекты, рассчитанные не на следующий политический цикл, а на десятилетия вперёд», — отметил он.

Одним из ключевых направлений Арипов назвал формирование совместных цепочек добавленной стоимости.

На фоне растущего интереса ЕС к критическим минералам Центральной Азии сотрудничество, по его словам, не должно ограничиваться моделью, при которой регион поставляет сырьё, а переработка осуществляется в Европе.

Речь должна идти о более глубокой кооперации: от геологоразведки и экологически ответственной добычи до переработки, производства, исследований и подготовки специалистов.

«Цель должна заключаться в том, чтобы совместить экономическую безопасность Европы с промышленным развитием Центральной Азии», — отметил он.

Параллельно необходимо облегчать выход продукции Центральной Азии на европейский рынок через содействие сертификации, соответствию техническим стандартам и повышению конкурентоспособности местного бизнеса.

Ещё одним важным направлением должны стать **вода и климат**.

Рост температуры, сокращение ледников и давление на водные ресурсы уже сказываются на сельском хозяйстве, энергетике и развитии региона. ЕС, по словам Арипова, может предложить технологии, опыт и финансовые инструменты для модернизации ирригации, сокращения потерь воды и внедрения водосберегающих технологий.

Отдельное значение имеет **транспортная связанность**.

ЕС уже определил Транскаспийский транспортный коридор как один из приоритетов Global Gateway, однако эффективность таких проектов, подчеркнул Арипов, нельзя оценивать только километрами железных дорог или объёмами грузов.

«В конечном счёте важно, могут ли компании перевозить товары быстрее, дешевле и более предсказуемо», — сказал он.

Для этого необходимы более простые пограничные и таможенные процедуры, цифровая совместимость систем и лучшая координация транспортной инфраструктуры.

Наконец, сотрудничество должно охватывать **человеческий капитал**.

«Инфраструктуру можно построить за несколько лет. Навыки, необходимые для того, чтобы управлять ею и развивать её, формируются гораздо дольше», — отметил Арипов.

Следующим шагом могут стать совместные образовательные программы, исследовательские центры и профессиональная подготовка, в том числе в сфере цифровых технологий и искусственного интеллекта.

Отдельным направлением может стать трудовая мобильность. На фоне нехватки работников в ряде европейских отраслей и растущих трудовых ресурсов Центральной Азии стороны могут развивать сотрудничество в профессиональном обучении, признании квалификаций, языковой подготовке и создании безопасных и легальных каналов трудоустройства.

Говоря о будущем Центральной Азии, Арипов отдельно остановился на Афганистане.

«Мы не можем всерьёз обсуждать долгосрочную транспортную связанность и устойчивое развитие Центральной Азии, оставляя Афганистан за рамками этой картины», — заявил он.

Для стран региона Афганистан является не абстрактной внешней проблемой безопасности, а частью непосредственного окружения. Ситуация в стране напрямую влияет на безопасность и экономические перспективы всей Центральной Азии.

Поэтому Узбекистан, отметил Арипов, последовательно выступает за подход, который сочетает вопросы безопасности с экономическим развитием, образованием и созданием практических возможностей для населения Афганистана. По его словам, долгосрочная стабильность не может быть достигнута только через изоляцию. Она требует и более тесных экономических связей с соседними странами.

Главной проверкой для нового этапа отношений Центральной Азии и ЕС станет переход от заявлений к практической реализации.

«У Центральной Азии и Европейского союза нет недостатка в стратегиях, декларациях или политических амбициях. Сейчас главное — реализация», — подчеркнул Арипов.

Для Центральной Азии сотрудничество с Европейским союзом должно расширять возможности, не ограничивая отношения с другими партнёрами. Для ЕС результатом взаимодействия должна стать более стабильная и экономически сильная Центральная Азия, способная эффективнее реализовывать собственные приоритеты.

Если же сотрудничество даст конкретные результаты в торговле, промышленности, транспорте, образовании и человеческом капитале, стратегический характер отношений, по словам Арипова, уже не придётся подтверждать декларациями. Он станет заметен на практике.