**Сохранение субъектности**
9 октября 2026 г. в Туркменистане прошел саммит СНГ, приуроченный к 35-й годовщине создания организации. В центре обсуждения оказался широкий круг тем: предварительные итоги туркменского председательства, планы Узбекистана на 2027 г., вопросы безопасности, продвижение позитивного образа Содружества и взаимодействие со странами, не входящими в его состав. Впервые в саммите участвовал президент Ирана Махсуд Пезешкиан, чья страна с февраля находится под массированным военным давлением со стороны США.
Сегодня в СНГ Центральная Азия, пожалуй, является наиболее ориентированным на сохранение интеграционных императивов регионом. Все пять государств участвуют в ежегодных саммитах и активно поддерживают интеграционную повестку, одновременно выступая как субъекты собственной региональной интеграции. 35-летие создания СНГ, отмечаемое в 2026 г., сопровождается новым качеством взаимодействия с Центральной Азией — «пятерке» по сравнению с другими регионами СНГ свойственны большая субъектность и целостность.
Рост субъектности стран Центральной Азии объясняется множеством факторов, связанных как с внутриполитическими процессами в ряде стран, так и с внешними обстоятельствами, прежде всего с геополитической напряженностью, усилившейся в 2022 г. Заморозка отношений России со странами Запада стала стимулом для развития в Центральной Азии таких направлений, как информационные технологии и транспортно-логистические проекты. На фоне растущей конкуренции между транспортными коридорами Центральная Азия располагает всеми условиями, чтобы стать крупным региональным хабом транзитных потоков с Востока на Запад. В отдельных случаях СНГ выступает как альтернативная площадка для евразийской интеграции. Так, зона свободной торговли СНГ, договор о создании которой вступил в силу в 2012 г., избавляет такие страны вне ЕАЭС, как Узбекистан и Таджикистан, от необходимости полноформатного присоединения к Евразийскому экономическому союзу, поскольку в ЗСТ СНГ уже действуют элементы общего рынка и согласованной политики в отдельных отраслях, пусть и не без трудностей.
Показательно, что председательство в СНГ уже три года подряд проходит под знаком Центральной Азии. В 2025 г. председателем Содружества был Таджикистан, в 2026 г. СНГ возглавил Туркменистан, а в 2027 г. председательство перейдет Узбекистану.
В год таджикистанского председательства Шанхайская организация сотрудничества получила статус наблюдателя при СНГ, а по инициативе Казахстана в том же году был создан формат СНГ+, предполагающий взаимодействие Содружества с другими государствами, объединениями и международными организациями. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев неоднократно подчеркивал, что Казахстан выступает «последовательным сторонником активизации международных контактов Содружества» и видит цель в превращении СНГ в «пространство созидания и прогресса». В 2026 г. Астана также председательствует в структурах ЕАЭС, что усиливает ее роль как связующего звена между различными интеграционными проектами на постсоветском пространстве.
Под председательством Туркменистана, который не относится к числу полноформатных членов Содружества, а имеет статус ассоциированного члена (что допускает председательство, но ограничивает право голоса в уставных органах), также было выдвинуто несколько заметных инициатив и проведен целый комплекс мероприятий. В повестку туркменистанского председательства вошли вопросы расширения торгово-экономического сотрудничества, транспортно-логистических проектов и внедрения искусственного интеллекта. Среди наиболее заметных инициатив — объявление 2027 г. «Годом транспортной связанности СНГ», проведение Второго Каспийского экологического форума в 2026 г., а также серии международных мероприятий в сфере здравоохранения в туркменском городе Аваза осенью 2026 г. Особого внимания заслуживает инициатива по связанности, что связано с растущим интересом Туркменистана к региональным транспортно-логистическим проектам и стремлением руководства страны стать одним из мультимодальных хабов в регионе. При этом, несмотря на статус председателя в СНГ, Туркменистан по-прежнему подчеркнуто придерживается политики нейтралитета, не входя в состав ни одного из объединений в Содружестве.
Ташкент намерен сосредоточиться на «преемственности интеграционных инициатив и реализации ранее принятых стратегических решений». Речь идет, в частности, о «Стратегии экономического развития СНГ до 2030 г.», принятой в период предыдущего председательства Узбекистана в 2020 г. Документ признает многообразие интересов участников Содружества и связанную с этим разноскоростную интеграцию на постсоветском пространстве (отмечается роль ЕАЭС и ШОС) и в качестве целей на заявленный срок называет развитие национальных экономик и повышение их устойчивости, углубление промышленной и технологической кооперации, повышение уровня безопасности (в экономике, энергетике, экологии) и другие направления.
Узбекистан активно расширяет свое присутствие в органах СНГ: к 2026 г. страна представлена в 51 из 66 структур отраслевого сотрудничества. В 2024 г. Ташкент стал первой Молодежной столицей СНГ, в 2025 г. принял первый Форум регионов государств — членов Содружества, а в 2026 г. — Международную промышленную выставку «ИННОПРОМ».
Роль СНГ для Кыргызстана определяется экономическими возможностями (например, участием в Соглашении о зоне свободной торговли и инициативой о Соглашении о свободной торговле услугами), транспортно-логистическими факторами (продвижением повестки региональной связанности, актуальной для страны из-за ее географического положения на перекрестке транспортных коридоров) и институциональными аспектами (во время председательства Кыргызстана в СНГ в 2023 г. были предложены инициативы по разработке Концепции сотрудничества в сфере энергетики до 2035 г., Концепции развития промышленной кооперации до 2030 г., а также по созданию Совета председателей верховных судов СНГ и ряд других). В 2026 г. Кыргызстан председательствует в ШОС и, с учетом углубления интеграции между СНГ и ШОС, Бишкек может благодаря накопленному опыту выступать в роли связующего звена между двумя площадками. Экономика республики демонстрирует высокие темпы роста: по итогам января–июля 2026 г. ВВП Кыргызстана вырос на 11%, что стало самым высоким показателем среди всех государств СНГ.
**Что говорит торговая статистика**
Сохранение интереса стран Центральной Азии к Содружеству проявляется не только в политических инициативах. Официальная статистика по СНГ подтверждает позитивную динамику внутрирегионального товарооборота, что, несмотря на наличие параллельных интеграционных площадок, сохраняет определенную привлекательность Содружества для центральноазиатской «пятерки». Данные показывают рост внутрирегионального товарооборота: у Казахстана со странами СНГ в первой половине 2026 г. он составил 23,05 млрд долл. (+10% к аналогичному периоду 2025 г.), у Узбекистана — 18,3 млрд долл. (+23%), у Таджикистана — 3,609 млрд долл. (+24%), у Кыргызстана — 3 млрд долл. за январь–май (+10%), у Туркменистана — 1,8 млрд долл. за первый квартал (+30%).
Интерес стран Центральной Азии к наращиванию торговли внутри постсоветского пространства, безусловно, сохраняется. Однако если взглянуть на страновую «разбивку», становится видно, что безоговорочным лидером среди торговых партнеров для большинства стран «пятерки» в СНГ остается Россия, с которой и фиксируется столь заметный прирост. По другим странам Содружества показатели находятся в пределах погрешности. Иными словами, Россия по-прежнему выступает экономическим драйвером в СНГ для стран Центральной Азии, тогда как вторым ведущим торгово-экономическим партнером чаще всего, а в отдельных случаях и первым, остается Китай. Несмотря на рост торговли со странами СНГ, доля Содружества во внешнеторговом обороте стран Центральной Азии остается не слишком высокой, а основной акцент сделан на внерегиональных акторах (за исключением России и внутрирегиональных связок, например Казахстан — Узбекистан, Казахстан — Кыргызстан).
Так, помимо России, основными торговыми партнерами для одного из лидеров постсоветской интеграции — Казахстана — в первом полугодии 2026 г. стали Китай, Италия, Турция, Германия. У Узбекистана безоговорочным лидером в тот же период остается Китай, второе место занимает Россия, далее с заметным отставанием идут Казахстан, Турция, Афганистан, Республика Корея и другие страны за пределами СНГ.
***
Таким образом, постсоветская интеграция в формате СНГ для стран Центральной Азии по-прежнему остается привлекательной, хотя определенный экономический дисбаланс сохраняется. Страны региона активно участвуют во флагманских мероприятиях Содружества, принимают у себя глав государств и правительств, подчеркивают значимость и востребованность этого формата, делая акцент на актуальных для себя пунктах повестки (экономическое развитие — Узбекистан, расширение партнерства с другими центрами силы и объединениями — Казахстан, региональная связанность — Туркменистан). Более того, СНГ по-прежнему остается для стран Центральной Азии площадкой для сверки часов не только с Россией (для этого уже действует иной, ставший брендом региона, формат «С5+1», в рамках которого с 2022 г. состоялось два саммита «Россия-Центральная Азия»), но и с другими странами постсоветского пространства. Кроме СНГ, на постсоветском пространстве нет другой площадки, где одновременно участвовали бы все страны Центральной Азии, все партнеры по евразийской интеграции и участники ШОС из числа постсоветских республик.
Безусловно, для каждой страны Центральной Азии значение СНГ сегодня можно оценивать по-разному. Если для Узбекистана и Таджикистана это во многом способ компенсировать выпадающие возможности региональной кооперации, которые дает евразийская интеграция, то для Казахстана как одного из лидеров постсоветской интеграции СНГ остается важным символом сохранения этого императива. Кыргызстану Содружество дает возможность повысить институциональную роль на постсоветском пространстве, а Туркменистану с учетом его концепции постоянного нейтралитета участие в работе Содружества позволяет продвигать актуальную для себя повестку (Каспий, транспортная связанность) в более широком формате.
Иными словами, СНГ и спустя 35 лет после своего создания концентрирует вокруг себя многие вопросы, которые по-прежнему остаются актуальными и понятными именно для тех стран, которые когда-то составляли единое государство и пока не утратили определенную экономическую и политическую общность. Несмотря на то что сегодня страны Центральной Азии активно включаются в параллельные интеграционные структуры, развивают международные контакты в духе многовекторности, а также строят свой внутрирегиональный проект в формате Консультативных встреч, СНГ все же сохраняет способность отвечать на запросы Центральной Азии по решению отдельных текущих задач и выступать связующим звеном с партнерами по постсоветскому пространству.