Состязание в величии

Состязание в величии

Накануне 35-й годовщины независимости в каждой из стран Центральной Азии звучали разговоры о сегодняшних успехах и планах на будущее. Так, в столице Таджикистана Душанбе был заложен первый камень в архитектурный комплекс, главным объектом которого станет самая высокая в регионе «Башня Душанбе» — 77 этажей и 340 метров высоты. Возведение новой высотки и всего комплекса рассчитано на 5 лет, а работать на стройке будут 2000 местных строителей. Состав комплекса ясен: помимо жилья, в него войдут объекты социально-культурного назначения.

Но на главные вопросы ответов почти нет: неизвестно, кто выступает заказчиком, проектировщиком и подрядчиком. Не названы ни сметная стоимость объекта, ни срок его окупаемости. Если средства не выводятся за рубеж, а вкладываются в республику, это, безусловно, хорошо, однако неясно, пойдет ли строительство на собственные деньги или за счет кредитов. Расплывчатое объяснение о том, что «строительство будет вестись в интересах населения столицы», больше похоже на лозунг, хотя понятно, что возводить объект будут для элиты и приближенных к власти.

Есть и технические сомнения. Если Останкинская телебашня высотой 500 метров построена в зоне малой сейсмичности, а колебания ее вершины при ветре уже доходили до 5 метров, то как поведет себя «Башня Душанбе» при расчетной сейсмичности 9 баллов? Не возникнут ли очереди у лифтов, всегда ли на верхних этажах будут свет и вода, ведь жильцы уже построенных высоток иногда жалуются на отключения? Но власти гарантируют: высотки в любом случае устоят.

Известно также, что в Центральной Азии ощущается нехватка жилья и офисов, но кто будет гордиться такими сооружениями, если приезжие уже видели бассейн на высоте 200 метров и 830-метровое здание Бурдж-Халифы? Напрашивается вывод, что удивляться достигнутому будут прежде всего молодые люди из кишлаков, уезжающие на трудовую миграцию и выросшие без интернета и при энерголимите, поскольку сельские территории развиваются слабо. Если это так, то впечатлять будут не приезжих, а своих, создавая локальную картину благополучия. Юбилейные вложения и не до конца понятные планы характерны для всех стран Центральной Азии, однако главная тема статьи иная — важнейшая проблема выделения земли под дома для основной массы населения. Тем более что земельный вопрос в Центральной Азии — один из самых актуальных.

Выделение земли, особенно молодым, — это двигатель социально-экономического развития любой страны. В социальном плане собственный дом — хороший повод заводить детей, поскольку в Центральной Азии для многих пар наличие своего жилья тоже важно при планировании семьи, а государственная поддержка проблематична.

Если говорить об экономике, то, получив землю, большинство людей почти сразу стремятся построить дом, посадить плодовые деревья и часть участка отвести под огород, который способен прокормить. Для дома понадобятся стройматериалы — цемент, кирпич, лес, шифер, стекло и многое другое. Растущий спрос стимулирует создание новых производств стройматериалов и одновременно помогает решать проблему занятости, что особенно важно для Центральной Азии. Кроме того, учителя в регионе, особенно в сельской местности, имеют преимущественное право на получение земли, а банки могут выдавать новым владельцам участков льготные кредиты и даже не требовать залога, поскольку земля — ликвидный товар.

Разумеется, не только молодые хотят получить землю рядом с инженерными коммуникациями — с подъездной дорогой, водопроводом, газом и электрификацией, чтобы до работы и школы было недалеко. Именно поэтому собственные дома чаще всего строят вблизи городов и райцентров. Но в Центральной Азии нередко рады и земле без коммуникаций, даже если их подведение займет десятилетия. Данных о свободных участках и очередях в открытой печати нет, и бывает так, что земля появляется на вторичном рынке.

Свободные земли в Центральной Азии еще имеются, но даже в странах, где участки пока можно найти, государство часто не просто выделяет их, а продает, и очереди на землю велики. Согласно достоверной информации, лишь в одном райцентре в Центральной Азии в общей очереди на получение земли независимо от возраста стоят несколько тысяч человек. Возможно, часть из них когда-нибудь получит свой участок, но иногда приходится видеть, как чиновники, связанные с обеспечением и продажей земли, живут лучше многих других. Подобные примеры можно найти в любой центральноазиатской стране, и из сложившейся ситуации с землей вытекает несколько выводов.

Первое. Ситуация с выделением земли в Центральной Азии будет усложняться. Конкуренция за владение землей, дефицит участков и очереди сохранятся, а проблемы будут углубляться. Источником средств на освоение выделенных участков во многом останутся денежные переводы трудовых мигрантов.

Второе. Часть населения Центральной Азии, ожидающего земельный надел, будет стремиться получить участок за пределами своих стран.

Третье. Желание властей увеличить приток денежных переводов, снизить напряжение вокруг выделения участков и улучшить ситуацию на рынке труда останется сильнее стремления удержать людей от переселения.

Четвертое. Дефицит рабочих рук даже в развитых странах Европы и Азии уже стал серьезным вызовом и приведет к попыткам компенсировать нехватку развитием технологий и мигрантами, с которыми странам придется свыкнуться.

При этом сумма выводов по затронутой теме не является главным выводом — это было бы некорректно. Но основной вывод можно сформулировать на основе отдельных положений, и он будет таким: «Люди без земли придут на землю без людей». Это не лозунг, выражающий суть явления, а будущая реальность, тем более что все страны Центральной Азии суверенны и решения принимают самостоятельно. С этими выводами можно не соглашаться и считать их неверными. Можно спорить и даже пытаться их опровергнуть. Но вряд ли это получится.