Шах я или не шах?

Шах я или не шах?

Один-единственный снимок с военного парада в честь Дня Независимости в Душанбе спровоцировал бурное обсуждение в соцсетях. На официальных фотографиях президента Эмомали Рахмона рядом с ним запечатлены оба наследника — сын Рустам и дочь Озода. Но в телеграм-канале самого Рустама Эмомали его сестра внезапно «пропала». Случайность ли это? Судя по всему, нет. За этим, на первый взгляд, незначительным эпизодом скрывается глубокий конфликт за право стать следующим президентом Таджикистана.

Кто есть кто в клане Рахмона

Чтобы понять происходящее, нужно разобраться, кто эти люди. В Таджикистане власть уже более 30 лет находится в руках Эмомали Рахмона. Все это время он выстраивал систему, в которой ключевые роли играют члены его семьи, и теперь между ними развернулась жесткая борьба за наследство.

Рустам Эмомали — главный официальный преемник. Ему 36 лет, он занимает пост мэра Душанбе и председателя верхней палаты парламента (Сената). По Конституции, если президент досрочно уйдет, именно он должен возглавить страну. Считается, что его кандидатура устраивает и Москву, и Пекин. Кроме того, в 2025 году он уже встречался с Владимиром Путиным, что свидетельствует о его высоком международном статусе.

Озода Рахмон — старшая дочь президента. В отличие от брата, ее имя реже появляется в СМИ, но ее влияние в стране огромно. С 2016 года она возглавляет Исполнительный аппарат президента — фактически администрацию президента, «серый кардинал» таджикской политики. У нее высокий чин государственного советника юстиции и дипломатический ранг посла. Она замужем за бывшим высокопоставленным чиновником Национального банка.

Битва кланов: брат против сестры

Противостояние Рустама и Озоды — это не просто личная неприязнь. Это столкновение двух политических лагерей внутри одной семьи.

На стороне Озоды, по данным инсайдеров, стоит влиятельный «женский клан». В него входят ее сестры Тахмина и Рухшона, контролирующие крупный бизнес в Таджикистане, а также их мужья-олигархи. Их поддерживает авторитетная супруга президента. Кроме того, Озода пользуется доверием силовых структур, в частности главы Госкомитета нацбезопасности (ГКНБ) Саймумина Ятимова.

Рустама, в свою очередь, как официального наследника продвигает сам президент. Говорят, что Рустам пытается добиться отставки Ятимова, чтобы лишить сестру силовой опоры. Между ними давно существует вражда: по слухам, Рустам даже стрелял в Ятимова из-за отказа выполнять его поручения.

В одном из источников говорится о конфликте между Рустамом Эмомали и Саймумином Ятимовым со ссылкой на неподтвержденные данные. Согласно этой версии, в 2022 году Рустам потребовал от Ятимова начать военную операцию в Хороге, а после отказа выстрелил в него. Однако официального подтверждения этому нет.

Это противостояние уже превратилось в настоящую информационную войну. Рустаму приписывали попытку опозорить сестру, распространяя слухи о ее личной жизни.

Дилемма Рахмона: кому оставить страну?

Для Таджикистана этот семейный конфликт — вопрос будущего всей страны. Эмомали Рахмону уже за 70, вопрос передачи власти стоит остро, но постоянно откладывается.

Если Рустам, человек с не самым высоким авторитетом и опытом (в народе его даже прозвали «великим немым» за редкие публичные выступления), займет пост президента, это, по мнению экспертов, может привести к нестабильности. Элиты, привыкшие к жесткой руке Рахмона, опасаются, что сын не удержит власть и начнется передел собственности.

Озода, в свою очередь, считается более опытным и жестким политиком. Но ее возможный приход к власти нарушил бы все патриархальные устои в стране, где президент-женщина пока остается немыслимой реальностью.

Эпизод с «исчезновением» Озоды с фотографий в канале Рустама — это публичный сигнал о том, что мирный и согласованный переход власти в Таджикистане под вопросом. Соперники в борьбе за трон уже не скрывают своего противостояния. И кто выйдет из него победителем, пока неизвестно.