«Шакалы и злопыхатели» — ответ пресс-секретаря УБДД Ташкента на критику

«Шакалы и злопыхатели» — так пресс-секретарь УБДД Ташкента ответил на критику

Эти две цитаты президента Узбекистана Шавката Мирзиёева разделяют почти 10 лет: первая относится к 2017 году, вторая — к 2026-му. В том же 2017 году глава государства подписал указ о преобразовании милиции, как тогда называлась структура, в «общественно ориентированную профессиональную службу», обязанную «служить интересам народа».

За прошедшее десятилетие в стране и в системе МВД многое изменилось. Однако некоторые старые установки и модели поведения по-прежнему дают о себе знать. Одним из примеров стала ситуация, которая на прошлой неделе вызвала широкое обсуждение.

18 октября пресс-секретарь УБДД ГУВД Ташкента Кахрамон Худойберганов разместил ролик с участием пресс-секретаря МВД Узбекистана Шохруха Гиясова. В видео звучит такой диалог оператора (вопросы) и Шохруха Гиясова (ответы):

— А что все на улице плохо отзываются о милиции?

— О милиции плохо отзываются только шакалы и злопыхатели.

— А остальные?

— Остальные молятся, чтобы не связываться [с ней].

Этот ролик не новый. Он уже привлекал внимание общественности и СМИ и вызывал критику несколько лет назад.

Под публикацией в Instagram, где у Кахрамона Худойберганова более 2 миллионов подписчиков, появилось множество комментариев, в которых пользователи критикуют обоих представителей МВД и выражают разочарование.

«Если вычесть из „всех людей“ тех, кто „ненавидит“ и тех, кто „молится, чтобы не связываться“, в остатке будет ноль», — написал один из комментаторов.

Ролик был опубликован не случайно. Это был ответ на критику, обрушившуюся на Кахрамона Худойберганова после другого видео с его участием от 16 октября.

На кадрах пресс-секретарь вместе с двумя другими сотрудниками ОВД и неким мужчиной проводит «профилактическую беседу» с учащимися третьего или четвёртого класса школы №183 столицы. Сотрудник УБДД спрашивает детей, кого родители привезли в школу на переднем пассажирском сиденье автомобиля. Руки поднимают мальчик и две девочки.

Кахрамон Худойберганов вызывает их к доске, спрашивает возраст — им по 9 лет, имена, а также имена их отцов. Лица детей не скрыты. После подтверждения, что они ехали на переднем сиденье, представитель ГУВД спрашивает, нужно ли вызвать родителей, чтобы оформить на них административные протоколы, или простить их. Класс просит простить, а дети у доски обещают больше так не делать. Им объясняют, что до 12 лет спереди сидеть нельзя.

За первые сутки видео посмотрели более 7,7 миллиона раз. Многие пользователи осудили действия пресс-секретаря УБДД.

В Министерстве образования и науки «Газете» сообщили, что визит представителей ГУВД в школу заранее не согласовывался. Там также добавили, что «беседа» прошла после уроков.

В министерстве отметили, что подобные действия могут нарушать права детей и пугать их.

Детский омбудсман Сурайё Рахмонова в комментарии «Газете» заявила, что распространение таких видеозаписей не соответствует законам, защищающим права детей.

«Расспрашивать ребёнка, даже если его родители нарушают Правила дорожного движения или совершают другие противоправные действия, снимать его на видео и распространять эти кадры в открытом доступе без разрешения законного представителя ребёнка противоречит интересам ребёнка», — подчеркнула она.

«Ни при каких обстоятельствах ребёнок не несёт ответственности за проступки своих родителей. Если ставить ребёнка в неловкое положение перед многими сверстниками, это может вызвать у него тревогу, смущение и, в определённой степени, унизить его», — отметила детский омбудсман.

Сурайё Рахмонова добавила, что повышать осведомлённость детей необходимо, но такие мероприятия должны проводиться с уважением к личности и неприкосновенности ребёнка, без дискриминации и стигматизации.

Основательница проекта против насилия Nemolchi.uz Ирина Матвиенко подчеркнула, что «государственные органы — первые, кто обязан соблюдать принцип наилучших интересов ребёнка, зафиксированный в законе о защите детей от всех форм насилия. Сотрудники госорганов — представители государства, и они обязаны соблюдать государственную политику и гарантии. В том числе касательно личных неимущественных прав ребёнка, к которым относятся его изображения».

По её словам, в ситуации с публикацией ролика «детей используют, мало задумываясь о последствиях для них». «Их могут начать буллить, высмеивать за слова. Трое взрослых мужчин, представители закона, сами нарушили закон — но никому, включая пресс-службу, разместившую это видео, даже в голову не пришло задуматься о последствиях. Или погоны дают право на нарушение законодательства?» — отметила она.

Правозащитница напомнила, что публикация изображений детей без согласия их родителей или законных опекунов, а не самих детей, недопустима; желательно, чтобы такое согласие было зафиксировано письменно. Но «даже если родители дали письменное согласие, принцип соблюдения наилучших интересов ребёнка может быть выше этого согласия, если возможны негативные последствия для детей».

«Образы детей активно эксплуатируются и используются для манипуляций обществом. Потому что дети — идеальные магниты для привлечения внимания. Даже родители не всегда понимают, что то, что уходит в интернет, остаётся там навсегда. Что дети могут вырасти и передумать о размещении своих детских видео. Что на детей может начаться травля. Что их образы могут быть использованы в корыстных целях. Именно поэтому госорганы должны стоять первыми на защите интересов ребёнка. К сожалению, пока мы этого не наблюдаем», — сказала Ирина Матвиенко.

Поток негативных комментариев под роликом с детьми показал, что общественность вовсе не на стороне Кахрамона Худойберганова и Шохруха Гиясова. Вскоре он закрыл возможность комментирования. Однако удалять ролик не стал. Извинений или признания неправоты от него также не последовало.