«Пусть вылечат моего сына» — отец ребенка, которого ударило током в детском саду, недоволен приговором суда

«Пусть вылечат моего сына» – отец недоволен решением суда по делу об ударе током ребенка в детском саду

Ранее Kun.uz публиковал расследование о том, что 6-летний воспитанник государственного детского сада № 66 города Ферганы упал в незаглубленный и неогороженный высоковольтный трансформаторный пункт на территории детсада, получив тяжелые травмы и ожоги тела.

Мальчик перенес несколько сложных хирургических операций. По словам его отца, виновные не берут на себя полную ответственность, а суд не назначил виновным справедливого наказания.

«Пусть виновные полностью вылечат моего ребенка»

Абдурахмон Кодиров, отец мальчика:

- Мы недовольны решением суда по делу об ударе моего сына током высокого напряжения на территории детского сада. Каждому из трех признанных виновными лиц было назначено выплатить по 15 млн сумов, в общей сложности 45 млн сумов в качестве возмещения материального и морального вреда.

Всю вину за падение в ТП перекладывают на моего сына. Как в такой ситуации ребенок может быть виноват? Говорят, что мой сын упал в электрощит из-за собственной неосторожности. Разве ребенок виноват, если подвал открыт, а его территория не обнесена специальным ограждением? Почему высоковольтный ТП не закрыли вовремя? Забор вокруг него установили только после того, как произошел несчастный случай...

Мой бедный сын столько вытерпел из-за чужих поступков и страдает до сих пор. Мы прооперировали ему руку, взяли сухожилие и нерв с ноги и пересадили в другое место, но самое худшее — из-за сильного ожога тела сухожилие не прижилось, разошлось, а обгоревшая рука до сих пор не заживает — кто за это ответит? Неужели детсадовский ребенок так и останется сам во всем виноват?

В тот день я сдал сына в детский сад живым и здоровым. Пусть заберут моего сына, повезут за границу или лечат у нас, но пусть вылечат. Когда звонишь, чтобы попросить денег на лекарства или по другой необходимости, совершившие это люди не поднимают трубку. Захотят — ответят, не захотят — нет...

В эти дни у Абузара начали синеть под глазами. Врачи не знают точной причины. Его рука застыла как доска и согнулась. Впереди его ждут еще четыре поэтапные операции. Пусть любой отец поставит себя на мое место. Кому нам рассказать о своей боли? В какое ведомство идти на поклон? Наш крик души никто не слышит.

Пусть примут надлежащие меры в отношении виновных в том, что мой сын Абузар оказался в таком состоянии. И пусть вылечат моего сына, будь то у нас или за границей, пусть полностью вылечат.

«Мы не согласны с приговором суда»

Обиджон Чопкиев, адвокат:

- Предварительное следствие проводилось прокуратурой города Ферганы, и три человека: воспитатель детского сада, представитель ООО «Фажр» и специалист районного предприятия электрических сетей были привлечены в качестве обвиняемых по части 1 статьи 116 Уголовного кодекса, и дело было направлено в суд. 26 июня 2024 года был оглашен приговор суда. Не согласившись с приговором суда, мы обратились в апелляционном порядке.

В чем наше несогласие? Несмотря на широкий круг обвиняемых, суд фактически ограничился признанием виновными только трех человек. 20 августа 2023 года это дошкольное образовательное учреждение было принято в эксплуатацию, в документе об этом стоит подпись руководителя областного предприятия территориальных сетей. Почему, если трансформатор, то есть энергообъект, не был принят в эксплуатацию, документ подписывается государством? Это первая сторона вопроса.

Во-вторых, устанавливается целый трансформатор и подключается к сети областным предприятием территориальных сетей, но об этом никто не знает — ни руководитель районного предприятия электрических сетей, ни руководители областного предприятия электрических сетей. Именно такие показания они дали в суде. Суд, поверив показаниям о том, что они якобы не знали, ограничился привлечением к ответственности лишь рядового специалиста районного предприятия электрических сетей. Это и стало нашим главным возражением.

В настоящее время продолжаются судебные процессы по нашей апелляционной жалобе, они еще не завершены. В суде мы также подали апелляцию аналогичного содержания, то есть о том, что круг виновных лиц на самом деле шире, но почему-то к ответственности привлекли только трех человек, и сейчас мы пытаемся защитить эту позицию в суде, обосновывая ее и обращаясь с доказательствами.

В какой степени ребенок восстановится после травм? Сколько времени займет его восстановление, сколько средств потребуется с материальной стороны? Суд подошел к этим обстоятельствам поверхностно и взыскал лишь около 45 миллионов материального ущерба. Даже простая операция в настоящее время стоит очень дорого. Поэтому мы обратили внимание и на эти аспекты, то есть выразили возражение. Причина в том, что на восстановление уйдет немало времени и средств. Однако суд не принял это во внимание и постановил взыскать всего 45 миллионов сумов с трех лиц, признанных подсудимыми.

В ходе суда первой инстанции мы слышали очень много предложений от подсудимых. Было много предложений по лечению ребенка, по проведению хирургических операций. Но все это оказалось предложениями, которые делались только до окончания суда.