**На перекрёстке интересов**
ЕС грозит Китаю новыми торговыми ограничениями. В начале октября должно стать ясно, закроет ли Европейский союз свой рынок для части китайских товаров или же сторонам удастся договориться. Для стран Центральной Азии предпочтительнее второй вариант, тогда как первый может обернуться двумя последствиями: падением транзитных доходов и насыщением региональных рынков дешёвой китайской продукцией в ущерб местным производителям.
Несмотря на заявления Пекина, европейский и американский рынки по-прежнему остаются для КНР приоритетными. Поэтому неудивительно, что после угроз Брюсселя ужесточить доступ китайских товаров на рынок ЕС официальный представитель Министерства коммерции КНР Хуан Лин заявила, что Европе следовало бы отказаться от давления и вести равноправный диалог.
Она сказала: « Китай хочет подчеркнуть, что китайско-европейские консультации на всех уровнях должны поддерживать позиционирование Китая и ЕС как стабильных и сбалансированных ключевых торговых партнёров друг для друга, одновременно решая проблемы обеих сторон на равноправной основе «.
По её словам, ни одна из сторон не должна выдвигать односторонние требования или диктовать условия, не говоря уже о том, чтобы использовать угрозы закрытия рынка как инструмент давления и торга.
Между тем данные Eurostat указывают на дальнейший рост торгового дисбаланса. В первом полугодии 2026 года дефицит ЕС в торговле товарами с Китаем приблизился к €196 млрд. В 2025 году он составлял около €360 млрд.
В Еврокомиссии полагают, что росту китайского экспорта в ЕС способствуют три ключевых фактора: низкий курс юаня, государственные субсидии и избыток производственных мощностей в КНР.
У Евросоюза нет сопоставимого набора инструментов поддержки экспорта. Поэтому в Брюсселе опасаются, что дальнейший приток китайских товаров по ценам ниже европейских может привести к деиндустриализации отдельных отраслей. Если Брюссель и Пекин не договорятся о сокращении торгового дисбаланса, ЕС может ввести дополнительные ограничения против китайской продукции.
Еврокомиссар по торговле Марош Шефчович заявил, что переговоры ЕС и Китая должны дать конкретные результаты к октябрю. В противном случае Пекин может столкнуться с более жёсткими мерами. По его словам, если диалог не принесёт результата, ЕС может прибегнуть к оборонительным торговым инструментам.
Прежде всего речь может идти об антидемпинговых, антисубсидиарных и других защитных мерах. Теоретически в распоряжении ЕС есть и инструмент против экономического принуждения, который неофициально называют «торговой базукой».
Однако этот механизм предназначен не для обычных торговых споров, а для случаев, когда третья страна с помощью экономического давления пытается заставить Евросоюз или его государства изменить политическое решение. Большой дефицит, государственные субсидии или низкие экспортные цены сами по себе не являются достаточным основанием для его применения.
Кроме того, председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен не может задействовать этот инструмент единолично. Решение принимается по установленной процедуре с участием Еврокомиссии и Совета ЕС.
Возможные ответные меры включают повышение пошлин, ограничения в торговле товарами и услугами, а также сокращение доступа компаний из третьих стран к европейским госзакупкам, инвестициям и интеллектуальной собственности. «Торговой базукой» Брюссель на практике ещё не пользовался. В начале этого года некоторые депутаты Европарламента предлагали применить её против США, но дальше обсуждений дело не пошло.
Американский бизнес может извлечь выгоду из торгового противостояния Европы и Китая. Однако отказ от китайских товаров вовсе не означает, что возникший дефицит мгновенно восполнит собственная европейская продукция или исключительно поставки из США. Евросоюз может нарастить закупки у производителей из Японии, Южной Кореи, Турции, Индии и стран Юго-Восточной Азии.
Пока же складывается парадоксальная на первый взгляд ситуация. С одной стороны, европейский бизнес просит Брюссель защитить его от китайской конкуренции. С другой — те же компании опасаются, что Пекин в ответ ограничит или вовсе запретит им работать на китайском рынке.
Со стороны Пекина тоже поступают определённые сигналы. Поэтому вывод очевиден: ни Китай, ни Евросоюз не заинтересованы в полном разрыве отношений по двум причинам — европейская промышленность тесно связана с китайскими поставщиками и рынком КНР, а китайские производители по-прежнему сильно зависят от европейского спроса.
Но если всё же представить худший сценарий, то что в таком случае ждёт Центральную Азию?
В июне этого года на выставке «Китай – Евразия» в Урумчи заместитель премьер-министра – министр национальной экономики Казахстана Серик Жумангарин встречался с заместителем премьера Госсовета Китая Дином Сюэсяном. Во время встречи было отмечено, что через Казахстан проходит около 85% сухопутного транзита из Китая в Европу. Речь идёт именно о наземных грузах, а не обо всём китайском экспорте на европейский рынок.
Сокращение грузопотока может привести к заметным потерям транзитных доходов Казахстана. Это первый экономический риск.
Второй риск состоит в том, что торговые барьеры могут по цепной реакции привести к снижению спроса и цен на металлы, углеводороды и сельскохозяйственную продукцию, которые экспортируют страны Центральной Азии. Однако такой сценарий не является неизбежным: всё будет зависеть от масштаба ограничений и реакции китайской экономики.
Третий риск эскалации торгового конфликта между ЕС и КНР — нестабильность грузопотоков.
Четвёртый — возможная перегрузка альтернативных транспортных коридоров, если Китай начнёт перенаправлять товары на другие рынки и маршруты. При общем сокращении экспорта, напротив, загрузка части путей может снизиться.
Пятый экономический риск заключается в том, что Китай, стремясь компенсировать потери на европейском направлении, может перенаправить часть продукции на рынки Центральной Азии. Интересы местных предпринимателей в таком случае действительно могут пострадать: им придётся конкурировать с более дешёвыми китайскими товарами.
Есть и политический риск. Ужесточение противостояния между Брюсселем и Пекином может усилить давление на государства Центральной Азии со стороны как Евросоюза, так и Китая.
Повторимся: до такого сценария дело может и не дойти. Однако учитывать подобные риски и быть к ним хотя бы минимально готовыми необходимо. В конечном счёте это позволит избежать многих неприятных неожиданностей.