«Кто-то должен взять на себя ответственность». Семья из Чирчика добивается возмещения ущерба за дом, разрушенный в ДТП с тяжёлой автотехникой

«Кто-то должен взять на себя ответственность». Семья из Чирчика добивается возмещения ущерба за дом, разрушенный в ДТП с тяжёлой автотехникой

10 сентября на улице Садриддина Айни в городе Чирчик Ташкентской области от грузовика отсоединился полуприцеп, который перевозил два комбайна. Он покатился вниз по дороге и врезался в частный дом пожилых супругов Гульби Турдикуловой и Абдували Бердибекова. Полуприцеп разрушил кирпичный забор, стены и часть крыши, повредил внутреннюю отделку, имущество и газовую трубу.

По сведениям хокимията города, обстоятельства происшествия изучает Чирчикский городской отдел безопасности дорожного движения. В МВД сообщили, что проверку проводит городской ОВД. Прошёл месяц, но семья так и не получила официальной оценки ущерба и не узнала, кто признан ответственным за случившееся. Газоснабжение до сих пор не восстановлено, а ремонт дома жильцы начали своими силами.

Гульби Турдикулова и Абдували Бердибеков поселились в одноэтажном доме №5/1 в проезде 8 Марта в Чирчике в 1986 году. Здесь выросли их дети, которые позже создали собственные семьи и разъехались. Супруги остались жить вдвоём.

Дом одной стороной выходит на проезжую часть. Семья считает этот участок улицы опасным. Дорога идёт под уклон и делает поворот возле домов. Гульби Турдикулова вспоминает, что грузовики и раньше теряли здесь управление, задевали ограждения и создавали угрозу соседним домам.

«Наша улица очень опасная, здесь много поворотов. Машины несколько раз врезались в стены соседних домов и сбивали установленные властями вдоль дороги защитные ограждения. Грузовики ЗИЛ тоже съезжали с дороги и едва не врезались в дома. Мы рассказывали об этом сотрудникам ОВД, но они только приезжали, смотрели и уезжали. Жалею, что тогда мы не снимали всё на видео — сейчас могли бы показать, что подобные случаи здесь уже происходили», — рассказывает Гульби Турдикулова.

10 сентября около трёх часов дня женщина прочитала намаз и ушла на рынок. Её муж остался дома. Обычно в это время он отдыхал в гостиной, расположенной со стороны улицы. Но в тот день Абдували Бердибеков сначала сел поесть на кухне, а потом собирался перейти в зал и прилечь.

«Мы почти всё время проводим в гостиной. Благо, в тот день я ушла на базар, а муж ещё не успел лечь отдохнуть. Бог уберёг нас», — говорит женщина.

Примерно в 15:30 Абдували Бердибеков услышал сильный удар. Он попытался открыть дверь в гостиную, но она не поддалась: от удара конструкции сместились, и проход оказался заблокирован. Выйдя из дома, мужчина увидел на улице полуприцеп с двумя хлопкоуборочными комбайнами, который снёс кирпичное ограждение и врезался в дом. По словам супругов, на платформе находились два комбайна. Один из них виден на фотографии, сделанной после происшествия.

О случившемся Гульби Турдикуловой сообщили около четырёх часов дня. Когда она вернулась с рынка, дом уже был разрушен, а комбайны стояли во дворе.

«На это было страшно смотреть. Все вокруг что-то делали, приезжали разные службы, но я была в состоянии шока и не понимала, кто именно приехал и какие документы они составляли. Для нас с мужем это стало большим потрясением. У меня поднялось давление, и приехавшие медики сделали мне укол. У мужа давление тоже было выше обычного», — говорит женщина.

Позже прибыли сотрудники органов внутренних дел, службы безопасности дорожного движения, МЧС, газоснабжающей организации и медики.

По версии семьи, тягач с полуприцепом поднимался по улице Садриддина Айни. На повороте машина столкнулась с легковым автомобилем. От удара повредилось сцепное устройство, и полуприцеп покатился назад под уклон.

«Полуприцеп был очень длинным — около 20 метров. Вместе с двумя комбайнами он, по моим оценкам, весил 50−60 тонн. Как я позже узнал, когда грузовик поворачивал, навстречу ему выехала легковая машина. Произошёл удар, водитель взял вправо, и крепление не выдержало. Прицеп отсоединился и покатился назад с подъёма. Сначала он задел дом нашего соседа Тахира, затем пересёк бордюр, снёс защитные конструкции и въехал в наш дом», — рассказывает Бердибеков.

Сами супруги момента аварии не видели и восстановили ход событий со слов очевидцев. Официальные органы пока не подтвердили возможное столкновение с легковым автомобилем. В МВД сообщили лишь, что полуприцеп отсоединился по техническим причинам.

«На этом участке установлен знак, запрещающий движение грузовых автомобилей, а также знак, предупреждающий об уклоне 12%. Значит, таким машинам по этой дороге ездить нельзя. Кроме того, это крупногабаритный груз. Насколько я понимаю, такую перевозку должны сопровождать, а маршрут заранее проверять», — объясняет Гульби Турдикулова.

Полуприцеп, на котором были комбайны. Фото сделано семьёй в день аварии.

Устранение последствий аварии заняло несколько часов. По словам Абдували Бердибекова, сначала с полуприцепа сняли один комбайн, затем второй. После этого рабочие попытались вытащить сам полуприцеп, но мощности одного крана не хватило, и пришлось привозить дополнительную технику. Работы продолжались примерно до полуночи.

«Когда всю технику наконец вывезли, представители хокимията, газовой службы и милиции собрались у нашего дома. Они сказали, что завтра в десять часов здесь встретятся снова, чтобы решить, что делать дальше. На следующий день мы ждали их, но никто [из представителей властей] не приехал», — говорит мужчина.

Когда техника покинула двор, супруги смогли полностью оценить ущерб. От удара обрушилась часть наружной стены гостиной, пострадали потолок и крыша, разбились окна. В комнате были уничтожены мебель и бытовая техника. Прицеп также повредил проходившую вдоль стены газовую трубу и счётчик.

Комбайны, которые перевозили через Чирчик, предназначались для ООО Toshkent traktor zavodi — государственного производителя сельхозтехники, который с 21 марта 2021 года работает под брендом AgroTech Klaster. Предприятие создали в рамках формирования в Чирчике кластера сельскохозяйственного машиностроения. На заводе выпускают тракторы, зерноуборочные и хлопкоуборочные комбайны.

По словам генерального директора Улугбека Маткаримова, предприятие не организовывало перевозку, не выбирало транспортную компанию и не нанимало водителя. Эти обязанности лежали на китайском поставщике — компании Xinjiang Boshiran Intelligent Agricultural Machinery.

«По договору китайская компания должна была доставить комбайны до территории нашего завода. Водителей и транспорт нанимала она. Грузовик нам не принадлежал, водитель не работал у нас. Наше предприятие выступало получателем техники, а поставщик отвечал за доставку», — рассказал Маткаримов.

В справке, переданной редакции, завод ссылается на контракт с китайской компанией Xinjiang Boshiran Intelligent Agricultural Machinery от 9 июня 2026 года. По данным предприятия, стороны договорились о поставке на условиях CIP — Чирчик по правилам «Инкотермс-2020», а Xinjiang Boshiran должна была выбрать перевозчика, заключить с ним договор и оплатить транспортировку и страхование.

Маткаримов заявил, что не знает названия логистической компании, поскольку завод не заключал с ней договор. Редакции также не сообщили, кому принадлежали тягач и полуприцеп и в какой компании работал водитель. Связаться с ним не удалось.

Предприятие также предоставило акт от 12 сентября. Его составили представители завода, махалли, городского хокимията и органов внутренних дел. В документе говорится, что комбайны перевозила логистическая компания, привлечённая Xinjiang Boshiran, и что она должна полностью возместить причинённый ущерб.

В свою очередь китайский поставщик направил заводу письмо, в котором заявил о готовности за свой счёт урегулировать последствия происшествия. Однако документ в основном касается повреждений комбайна, его диагностики и ремонта. В письме не названы владельцы пострадавшего дома, не указаны размер и сроки компенсации, а также порядок её получения.

На следующий день после происшествия с владельцами дома встретились генеральный директор AgroTech Klaster и его заместитель.

По словам Гульби Турдикуловой, они пообещали помочь с ремонтом. Однако женщина попросила сначала обследовать дом, оценить ущерб и письменно закрепить обязательства предприятия. Она опасалась, что без этого строители устранят только видимые повреждения стены и крыши, не проверив остальные конструкции.

«Я посмотрела на дом и ответила, что просто подлатать его нельзя. Спросила одного из представителей: „Вы сами стали бы жить в таком доме?“ После такого удара его нужно обследовать, повреждённую часть разобрать и восстановить заново. Я предложила два варианта: либо пусть они построят нам небольшое помещение взамен разрушенного, либо пригласят комиссию, оценят весь ущерб и выплатят эту сумму, чтобы мы сами могли всё сделать качественно», — рассказывает Турдикулова.

Абдували Бердибеков тоже говорит, что предприятие предложило лишь «посильную помощь», не уточнив, какие именно работы готово выполнить и кто будет отвечать за их качество. Семья попросила оформить документ, где были бы зафиксированы объём и сроки восстановления.

«Они сказали, что помогут настолько, насколько смогут. Но что значит „насколько смогут“? Мы не знали, какие материалы они привезут, какого качества будет работа и что именно они собираются восстановить. Если они быстро поставят несколько кирпичей, поднимут крышу и уйдут, а потом произойдёт землетрясение или снова обрушится потолок, кто будет отвечать? Поэтому мы попросили, чтобы всё проходило законно. Если они не хотят заниматься ремонтом, пусть выплатят стоимость, а мы сами наймём мастеров», — говорит Абдували Бердибеков.

По словам супругов, речь заходила о денежной компенсации, но представители предприятия не согласились передать семье деньги. Гульби Турдикулова подчёркивает, что владельцы не отказывались от восстановления дома как такового — они хотели понимать объём работ и получить гарантии, что после ремонта здание останется безопасным.

Представители предприятия описывают встречу иначе. Улугбек Маткаримов сказал «Газете», что юридической обязанности восстанавливать дома у предприятия не было, поскольку перевозку организовывала другая компания. Тем не менее завод, по его словам, предложил помощь «из человеческих соображений».

«Мы приехали к владельцам домов и спросили, какая помощь им нужна: ремонт, юридическая консультация или что-то другое. Хотя это не было нашей обязанностью, мы предложили восстановить повреждённые части. Пожилые люди, насколько я понял, были согласны, но находившаяся там молодая женщина сказала, чтобы мы ничего не делали. Она объяснила, что у семьи есть юрист и вопрос они будут решать с логистической компанией. Мы сообщили об этом и органам, которые проводили проверку», — заявил Маткаримов.

В подтверждение своей позиции предприятие предоставило акт, составленный 12 сентября и подписанный представителями завода, махалли, хокимията и органов внутренних дел. В нём говорится, что завод предложил помочь отремонтировать повреждённую часть дома, однако родственница владельцев Жазира Байкуатова попросила не начинать работы до консультации с адвокатом и пообещала при необходимости связаться с предприятием.

Ни она, ни владельцы дома акт не подписывали, поэтому документ отражает только позицию его составителей и не подтверждает, что семья окончательно отказалась от ремонта или компенсации. Супруги отметили, что в тот день с представителями завода общались их сын и его супруга, которые озвучили позицию пострадавшей семьи — не начинать работы, пока не будет определён их объём и безопасность дома.

Не договорившись с представителями предприятия о порядке восстановления дома, семья обратилась за помощью к адвокату. Отдельное обращение направили в Инспекцию транспортного контроля при Министерстве транспорта. Не получив конкретного решения, 23 сентября семья написала в Виртуальную приёмную президента.

«Мы были вынуждены нанять адвоката, потому что сами не знаем всех законов и не можем ходить по разным организациям. Мы просили только одного: пусть всё будет законно. Пусть приедет комиссия, осмотрит дом, посчитает ущерб и скажет, кто должен его возместить. Нам не нужно ничего чужого, мы хотим восстановить то, что было разрушено. Но пока никакого результата нет», — говорит Гульби Турдикулова.

Хокимият города Чирчика подтвердил «Газете», что получил обращение семьи. Его рассмотрел городской отдел жилищного и строительного хозяйства. Причины ДТП выясняет городской отдел безопасности дорожного движения, который также должен дать правовую оценку обстоятельствам происшествия.

Однако хокимият не сообщил, создавалась ли запрошенная семьёй межведомственная комиссия, а значит, сведений о проведении технического обследования стен, крыши и других конструкций тоже нет.

В администрации отметили, что размер материального ущерба и порядок его возмещения должны определить уполномоченные органы после правовой оценки происшествия. При этом конкретная организация, обязанная провести такую оценку, в ответе не названа.

«Сейчас владельцы ремонтируют пострадавшую в результате ДТП часть дома. Кровлю полностью заменили профнастилом, строительные и ремонтные работы продолжаются. Если специалисты установят, что состояние конструкций угрожает безопасности граждан, уполномоченные организации примут необходимые меры», — говорится в ответе хокимията.

Вопрос газоснабжения тоже остаётся нерешённым. Хокимият подтвердил, что в результате ДТП газовая инфраструктура дома была повреждена. Администрация указала, что восстановление относится к полномочиям газоснабжающей организации и возможно после проверки технического состояния сети. Когда именно специалисты проведут такую проверку и возобновят подачу газа, в ответе не сказано. По словам семьи, газа в доме нет с 10 сентября.

Обстоятельства ДТП изучает Чирчикский городской ОВД. В ответе на запрос «Газеты» МВД сообщило, что проверка ведётся по статье 133 Кодекса об административной ответственности. Она предусматривает ответственность за нарушение водителем правил дорожного движения, повлёкшее лёгкое телесное повреждение либо значительный материальный ущерб.

В сообщении МВД также говорится, что ущерб дому возместят в установленном законодательством порядке. Однако кто именно должен выплатить компенсацию, как определят её размер и какие действия необходимо предпринять пострадавшим, в ответе не разъясняется.

На данный момент ни одно из ведомств не сообщило владельцам о конкретных результатах рассмотрения их обращений. Новых встреч с представителями предприятия с начала октября не было.

«После происшествия приезжали разные службы, все что-то записывали и осматривали. Мы думали, что потом нам дадут документы и объяснят, что делать дальше. Но до сих пор у нас нет ни официальной оценки ущерба, ни заключения о состоянии дома. Все говорят, что вопрос изучается, а нам приходится самим решать, как закрыть разрушенную часть дома», — говорит Абдували Бердибеков.

Не дождавшись оценки ущерба и начала восстановительных работ, семья была вынуждена самостоятельно разбирать повреждённые конструкции. Владельцы демонтировали крышу и теперь заново возводят стену разрушенной комнаты.

«Начинается сезон дождей, становится холоднее, а мы с женой остаёмся в этом доме вдвоём. Ждать дальше мы не могли, поэтому сами начали ремонт. Повреждённые части дома разобрали — оставлять их было опасно. Никто нам не помог», — рассказывает Абдували Бердибеков.

«Прошло уже больше месяца, но после первых дней происшествия никто больше не интересовался нашим положением — ни из махалли, ни из хокимията, ни с завода. Как будто ничего не произошло. Мы не просим многого. Для нас главное, чтобы нам возместили материальный и моральный ущерб и кто-то наконец взял на себя ответственность за произошедшее», — добавляет Гульби Турдикулова.

Семья подчёркивает, что начатый ею ремонт не означает отказа от требований к ответственным за происшествие. Владельцы дома опасаются, что дальнейшее ожидание приведёт к новым разрушениям, поэтому проводят только необходимые работы, не дожидаясь завершения разбирательства. Расходы на восстановление они пока не подсчитывали.