Кому вершки, а кому корешки

Кому вершки, а кому корешки

В Самарканде состоялась встреча министров иностранных дел стран Центральной Азии и США. Вашингтон рассчитывает усилить свои позиции в регионе, а Узбекистан сообщил о договорённостях с американскими компаниями на $12 млрд. Но что из этого получат сами государства Центральной Азии? В своей статье заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин анализирует итоги переговоров и поясняет, какие цели преследуют США.

Саммит без конкретных решений

К саммиту в Самарканде было приковано особое внимание, поскольку это была первая встреча после саммита на высшем уровне в формате «Центральная Азия + США», прошедшего в Белом доме в ноябре 2025 года. Предполагалось, что переговоры в Узбекистане помогут продвинуть реализацию инициатив, ранее согласованных президентами.

Однако, вопреки ожиданиям, встреча оказалась не слишком содержательной с точки зрения реальных итогов. По результатам переговоров министры приняли лишь совместное заявление, в котором нет особой конкретики и практических решений.

В документе, опубликованном только Госдепартаментом США, упоминается Транскаспийский торговый путь, обозначенный как важный элемент повышения связности Центральной Азии и США, а также отмечается формат взаимодействия на уровне американского бизнеса и региональных партнеров «B5+1». В заявлении также говорится о значении сотрудничества в энергетике, добыче природных ресурсов и сфере безопасности — опять же без каких-либо конкретных проектов и инициатив (источник – C5+1: Historic Partnership, Prosperous Future — United States Department of State).

Помимо шестисторонней встречи, каждый из министров региона провел отдельные двусторонние переговоры с Марко Рубио.

Узбекистан: кому выгодны соглашения на $12 млрд

Узбекистан максимально использовал проведение международного форума на своей территории. В рамках визита американской делегации были организованы переговоры с президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым.

Глава республики наградил Марко Рубио орденом «Буюк хизматлари учун» за вклад в развитие узбекско-американского стратегического партнерства, а Серджио Гор был удостоен ордена «Дўстлик».

Кроме того, на полях саммита прошло второе заседание Американо-узбекского делового и инвестиционного совета с участием представительной делегации из 200 американских бизнесменов, сопровождавших государственного секретаря. Как отмечают официальные узбекские и американские источники, итогом переговоров стал пакет из 54 договоренностей и перспективных инициатив на сумму около 12 миллиардов долларов.

Примечательно, что подробный анализ заключенных соглашений показывает: итоги встречи выгодны США, но не Узбекистану. Так, стороны договорились о поставках компанией «GE Aerospace» двигателей для американских самолетов Boeing 787 Dreamliner национальной авиакомпании Uzbekistan Airways (здесь платит Узбекистан, точнее авиакомпания — за технику).

Американская корпорация Wabtec вслед за Казахстаном начнет поставки подвижного состава для железных дорог Узбекистана. В сообщении говорится о стремлении локализовать производство в республике, но, скорее всего, речь пойдет лишь о сборке, поскольку машиностроительная отрасль страны ориентирована на совершенно иные технические стандарты.

Финансовые соглашения с «Franklin Templeton», «Oppenheimer & Co.», «Citigroup» и «BlackRock» не являются новостью и в основном представляют собой сервисные контракты на содействие узбекским компаниям в выходе на международные финансовые площадки. Иными словами, большая часть контрактов предполагает поставки американских товаров и услуг Узбекистану без сколько-нибудь серьезных инвестиций в саму республику и создания рабочих мест.

Единственным направлением, где возможен приход американского капитала, остается горнорудная отрасль, куда для изучения перспектив освоения месторождений критических минералов готовы прийти американские компании «ReElement Technologies», «Traxys» и «Trafigura».

Зачем США критические минералы Центральной Азии

Интерес США к запасам критических минералов Центральной Азии неслучаен. В последние годы наблюдается устойчивый рост зависимости американских компаний от поставок этого сырья для высокотехнологичных производств со стороны Китая, который стал признанным мировым монополистом. Центральная Азия, богатая природными ресурсами, включая критические минералы, рассматривается как важный потенциальный поставщик этого сырья, альтернативный Китаю.

Так, в регионе сосредоточено 38,6% мировых запасов марганца (951 млн тонн доказанных запасов, из которых 681 млн тонн приходится на Казахстан, 270 млн тонн — на Таджикистан), 30% мировых запасов хрома (230 млн тонн, почти все они приходятся на Казахстан), 20% свинца (25 млн тонн, из них 15 млн тонн приходится на Казахстан, 10 млн тонн — на Таджикистан), 12,6% запасов цинка (46 млн тонн, из них 31 млн тонн приходится на Казахстан, 10 млн — на Таджикистан, а 4,5 млн — на Узбекистан), 8,7% запасов титана (395 млн тонн, из них 350 млн приходится на Узбекистан, 45 млн — на Казахстан).

Кроме того, в регионе сосредоточены 5,8% мировых запасов алюминия, 5,3% — меди, 5,3% — кобальта, 5,2% — молибдена (источник – Vakulchuk Roman. Central Asia Is a Missing Link in Analyses of Critical Materials for the Global Clean Energy Transition // One Earth, Elsevier BV, 2021).

Если по месторождениям в Узбекистане переговоры еще продолжаются, то в Казахстане компания Cove Kaz Capital Group, аффилированная с семьей Дональда Трампа, в ближайшее время намерена начать освоение двух крупных вольфрамовых месторождений в Карагандинской области республики — «Северный Каптар» и «Верхнее Кайракты».

Таким образом, стратегия США в Центральной Азии по-прежнему строится вокруг двух главных приоритетов: обеспечения рынков сбыта для американских компаний и снабжения американской промышленности сырьем, что в целом оставляет странам Центральной Азии весьма ограниченные возможности для полноценного развития.