И невозможное стало возможным…

И невозможное стало возможным…

Трудно поверить, но еще 26 лет назад я совершенно спокойно проходила на посадку в самолет в любой европейской стране с огромной бутылкой воды в руках. Никто не заставлял меня снимать кроссовки, жидкости не нужно было разливать по 100-миллиметровым пузырькам, а сам путь в аэропорт не напоминал героический квест…

Конечно, наш мир менялся и после этого. И сегодня эти перемены в худшую сторону иногда накрывают нас с такой скоростью, что мы едва успеваем к ним привыкнуть. Но очень многое началось именно тогда — 11 сентября 2001 года, когда невозможное внезапно стало возможным.

Четыре пассажирских самолета были захвачены террористами «Аль-Каиды». Два врезались в башни Всемирного торгового центра, третий — в Пентагон, четвертый упал в Пенсильвании после того, как пассажиры попытались вернуть контроль над самолетом.

Погибли 2977 человек, не считая 19 угонщиков.

Так выглядел список жертв тогда. Спустя четверть века выясняется, что этот список по-прежнему не завершен.

## 11 сентября продолжает убивать

Когда башни Всемирного торгового центра рухнули, Нижний Манхэттен накрыло огромное облако. В нем были частицы бетона и стекла, асбест, металлы и продукты горения. Пожарные, полицейские, медики и добровольцы сутками работали на руинах. Затем пришли строители и рабочие, расчищавшие Ground Zero. Рядом продолжали жить и работать обычные ньюйоркцы.

Шли годы — и у людей начали выявлять болезни органов дыхания, а затем разные виды рака и другие тяжелые заболевания. Сегодня в американской федеральной программе World Trade Center Health Program, созданной для наблюдения и лечения людей, подвергшихся воздействию последствий терактов, числятся более 150 тысяч человек. Более девяти тысяч зарегистрированных участников программы уже умерли.

Здесь нужна важная оговорка: это не значит, что все эти девять тысяч умерли именно из-за 11 сентября. Само участие человека в программе и его последующая смерть не доказывают причинно-следственную связь. Но перечень заболеваний, связанных с воздействием токсичной среды после катастрофы, огромен, а врачи продолжают фиксировать последствия спустя четверть века.

Получается страшная арифметика. Башни рухнули за считанные часы. Облако давно рассеялось. Ground Zero давно перестал быть дымящейся раной посреди Нью-Йорка. А внутри человеческих организмов 11 сентября продолжается. Есть люди, для которых оно вообще никогда не закончилось.

Скотту Ларсену было четыре года, когда его отец, пожарный Питер Ларсен, погиб во Всемирном торговом центре. Скотт вырос и тоже стал пожарным. Более того — пришел служить в ту же пожарную часть Нью-Йорка, где работал отец.

И он не один. По данным Reuters, 58 детей пожарных Нью-Йорка, погибших 11 сентября, позже сами поступили на службу в FDNY.

Для одного поколения 11 сентября — день, который невозможно забыть. Для следующего — история отца, которого человек не помнит.

А для третьего это уже просто параграф учебника истории.

## «Уроки о важном» по-американски

Примерно треть американцев, живущих сегодня, родились уже после 11 сентября 2001 года. Для них никогда не существовало мира с целыми башнями-близнецами. Они не помнят кадры второго самолета, входящего в Южную башню. И фотографий пропавших людей, которыми тогда были заклеены стены Нью-Йорка.

Америка столкнулась с проблемой, о которой 25 лет назад, конечно, никто не думал: как рассказывать детям о 11 сентября? По исследованию Associated Press, по меньшей мере 40 американских штатов требуют или рекомендуют преподавать о событиях 9/11 в школах. Казалось бы, что тут сложного? Но история 11 сентября не заканчивается 11 сентября. Потому что дальше были войны в Афганистане и Ираке. Принятый вскоре после терактов Patriot Act, значительно расширивший возможности американских спецслужб. Изменение отношения к мусульманам в США. Ограничения гражданских прав и свобод ради общей безопасности.

Появились Гуантанамо, секретные тюрьмы ЦРУ, многолетние споры о пытках, слежке, правах человека и о том, сколько свободы общество готово отдать в обмен на обещания безопасности.

И однажды выяснилось, что единого американского «11 сентября» не существует. В одних штатах школьная программа делает акцент на терроризме, патриотизме, действиях спасателей и последовавших войнах. В других детям предлагают обсуждать именно гражданские свободы и государственную политику после терактов, а также последствия «войны с террором». То есть спорят уже не о том, что произошло. А о том, что именно это означало для граждан Америки.

Для людей моего поколения это особенно странно. Мы помним 11 сентября не как историю. Мы видели теракт в прямом эфире. В редакции, сидя на полу в кабинете ответственного секретаря и офигевая, потому что пришлось звонить своим друзьям и знакомым, живущим в Нью-Йорке, и переверстывать первые две полосы после того, как они уже ушли в печать…

А сейчас в Америке живут взрослые люди, которым нужно с самого начала объяснять, почему их родители четверть века назад смотрели телевизор и не могли поверить собственным глазам. История ведь всегда начинается именно в тот момент, когда заканчивается личная память.

С 11 сентября это происходит прямо сейчас.

## Когда трагедия стала мемом

Есть еще один беспощадный признак превращения события в историю.

Когда над ним начинают шутить.

В Интернете 11 сентября давно существует не только как трагедия. Оно стало мемом, материалом для рилсов, компьютерных реконструкций, конспирологических теорий и черного юмора.

Для человека, который помнит, как из окон падали живые люди, не имевшие возможности спастись, такое отношение может показаться чудовищным. Для зумеров же это событие произошло примерно одновременно с гибелью динозавров… В этом смысле 11 сентября постигла судьба почти любой исторической катастрофы. Расстояние во времени постепенно лишает событие непосредственного ужаса.

Но есть принципиальное отличие. Никогда прежде этот процесс не происходил в мире, где существуют соцсети и возможность за несколько секунд достать из архива практически любой кадр любой мировой катастрофы. Поэтому для нового поколения 11 сентября существует сразу в двух реальностях. В одной — 58 детей погибших пожарных надевают ту же форму, которую носили их отцы. В другой — человек, родившийся спустя десять лет после теракта, делает мем из фотографии самолета и рушащейся башни. Оба они живут в 2026 году. Просто для одного это семейная трагедия. Для другого — древность из Интернета.

## Мир, который построило 11 сентября

Что же осталось от 11 сентября у тех, кто вообще редко о нем вспоминает?

Очень многое. Во-первых, конечно, огромное количество неудобных правил безопасности. Мы снимаем обувь в аэропортах. Жидкость в ручной клади отмеряем миллилитрами. Проходим через сканеры. Предъявляем биометрию. Привыкли к камерам наблюдения и к мысли, что безопасность дает государству право безнаказанно знать о нас практически все.

Не все эти меры появились непосредственно 12 сентября 2001 года. Американская Transportation Security Administration была создана после терактов. Усиленный досмотр обуви появился после попытки Ричарда Рида взорвать самолет взрывчаткой, спрятанной в ботинке, в декабре того же года. А знаменитое ограничение жидкостей возникло лишь в 2006-м после раскрытия заговора с предполагаемым использованием жидкой взрывчатки.

Но все это — ветви одного дерева, которое было посажено 25 лет назад, и этот саженец взошел. С тех пор общая безопасность стала гораздо важнее удобства. И не только в аэропорту. Везде началась «война с террором». Хотя самого Усаму бен Ладена, обвиненного в тех терактах, американцы нашли и убили в Пакистане только спустя десять лет. И можно было бы поставить точку на этом.

Только война не закончилась. И в ней никто не победил.

## Победителей не оказалось

Если сказать совсем просто — террористы своей главной цели не достигли. Соединенные Штаты не исчезли. «Аль-Каида» утратила прежние возможности. Нового теракта такого масштаба на территории США, слава богу, не произошло. Созданная после 2001 года система безопасности действительно научилась предотвращать многое из того, что раньше казалось возможным.

Но и Америка не получила той победы, на которую рассчитывала осенью 2001-го. Афганская война закончилась возвращением к власти в 2021 году талибов. Война в Ираке изменила весь регион и оставила после себя вопросы, ответы на которые ищут до сих пор.

Сотни тысяч людей погибли в разных войнах эпохи после 11 сентября…. Триллионы долларов были на это потрачены. А главное — изменился сам западный мир. В 2001 году американцы боялись террориста, который незаметно сядет рядом с ним в самолет. Спустя четверть века государства по-прежнему воюют друг с другом. Терроризм никуда не исчез, но в центре мировой политики теперь совсем другие угрозы и другие противники.

Мир потратил четверть века на строительство системы защиты от следующего 11 сентября. А следующее большое потрясение выглядит уже совсем иначе. Просто мы настолько привыкли жить в мире, который появился после 11 сентября, что уже и не заметили, насколько он изменился.