**Бумага терпит**
В конце сентября 2026 года Казахстан, Киргизия и Узбекистан провели третий раунд переговоров по проекту Камбаратинской ГЭС-1. В качестве наблюдателей на встрече, помимо чиновников из центральноазиатских стран, присутствовали представители Всемирного банка (ВБ). Интерес этой международной структуры к гидротехническим объектам Центральной Азии объясняется долгосрочными задачами.
У проекта долгая история, уходящая еще во времена СССР. Тогда по разным причинам его так и не удалось реализовать. В постсоветский период к нему возвращались неоднократно, однако с места он не сдвинулся. Помимо согласования энергетических вопросов, странам требовалось выработать общую позицию по целому комплексу водных проблем. Речь шла о создании механизма регулирования стока гидроэлектростанцией, от которого зависит развитие энергетики и аграрного сектора. Тем не менее в июне 2024 года министры энергетики Киргизии, Казахстана и Узбекистана подписали соглашение о совместной реализации проекта. Два раунда переговоров по межправительственному соглашению прошли в Бишкеке и Ташкенте в марте-апреле 2026 года.
Камбаратинская ГЭС-1 — крупный и стратегически важный проект в Центральной Азии. Его планируется построить в Киргизии на реке Нарын. Установленная мощность станции должна составить 1860 МВт, а среднегодовая выработка электроэнергии — 6 млрд кВт-ч. Киргизия вместе с Казахстаном и Узбекистаном создала компанию по строительству Камбаратинской ГЭС-1, при этом Бишкеку принадлежит 34%.
Один из главных вопросов, который предстоит решить странам, — финансирование проекта. Его стоимость оценивается в 5–6 млрд долл. С самого начала было ясно, что центральноазиатские государства из-за слабости национальных экономик не располагают необходимыми средствами для реализации проекта. Поэтому они могли рассчитывать лишь на внешнее финансирование, прежде всего со стороны международных финансовых институтов.
В частности, в подготовке к реализации Камбаратинской ГЭС-1 активно участвует Всемирный банк. При его участии разрабатывается модель финансирования и проводятся технические, экологические и социальные исследования. В 2024 году ВБ выделил Киргизии дополнительное финансирование в размере 13,6 млн долл. Казахстан также намерен привлечь ресурсы ВБ, рассчитывая получить около 500 млн долл. на строительство ГЭС. В 2025 году в Брюсселе на форуме Global Gateway было подписано соглашение, которое должно было придать проекту импульс. Для координации финансирования был создан донорский комитет, в который вошли Всемирный банк, Азиатский банк развития, ЕБРР, ЕИБ и другие международные структуры. Они обязались выделить до 2,4 млрд долл.
Считается, что строительство ГЭС должно укрепить позиции Киргизии в Центральной Азии и снизить проблему внешней задолженности в энергетическом секторе. В самой Киргизии строительство ГЭС рассматривают как шанс решить вопрос с водными ресурсами, дефицит которых в Центральной Азии в ближайшие годы станет еще острее.
Пока же средства, необходимые для строительства ГЭС, делают проект экономически затратным, поскольку сроки окупаемости остаются неясными. Власти центральноазиатских государств, по всей видимости, будут перекладывать понесенные расходы на население, повышая тарифы на энергию и вводя плату за воду. Эти меры могут частично компенсировать затраты.
ВБ уже давно активно участвует в обсуждении и финансировании различных проектов в Центральной Азии. Интерес банка сосредоточен на водно-энергетических объектах, связанных с производством и экспортом электроэнергии. В частности, ВБ заинтересован в строительстве ГЭС, поскольку профинансировал проект CASA-1000 по переброске электроэнергии из Киргизии и Таджикистана в Пакистан транзитом через Афганистан.
Региональный проект CASA-1000 был запущен в 2018 году. Он предусматривает объединение энергетических систем Центральной и Южной Азии для экспорта электроэнергии. Общая протяженность линий составляет 1,2 тыс. км, а стоимость проекта оценивается более чем в 1 млрд долл. Средства на его реализацию выделили Всемирный банк, Исламский банк развития, Европейский инвестиционный банк и Европейский банк реконструкции и развития.
В отличие от Киргизии, Таджикистана и Пакистана, которые уже почти завершили строительство своей части инфраструктуры, Афганистан пока заметно отстает от графика. Ожидается, что работы на афганской территории завершат до конца 2026 года, а сам проект введут в эксплуатацию в начале 2027 года.
По замыслу разработчиков, поставки электроэнергии из Киргизии в Афганистан и Пакистан в рамках международного проекта CASA-1000 должны сформировать региональный рынок электроэнергии. На этапе переговоров Пакистан выражал интерес к реверсивным поставкам электроэнергии в Киргизию и Таджикистан в зимний период. Однако эти предложения не получили развития, и в случае реализации проекта система будет работать в одном направлении и максимум полгода. Для повышения эффективности проекта инвесторы могут потребовать увеличить тарифы внутри стран региона.
Несмотря на нерешенные технические вопросы и отсутствие у стран Центральной Азии средств для финансирования гидроэнергетических проектов, международные финансовые структуры не отказываются от выделения денег. Более того, в странах Центральной Азии сохраняется уверенность в скором достижении энергетической независимости, что якобы должно усилить их самостоятельность во внешней политике. При этом ситуация с внешней задолженностью, в том числе в электроэнергетике, не дает оснований рассчитывать на реальное решение проблем в водно-энергетической сфере региона.
Повышенный интерес ВБ к участию в проекте строительства Камбаратинской ГЭС-1 обусловлен долгосрочными задачами западных государств. США и ЕС рассчитывают добиться снижения уровня энергетического сотрудничества центральноазиатских стран с Россией. Они ожидают, что реализация масштабных проектов, включая ввод в строй гидроэлектростанции, позволит Киргизии сократить или полностью отказаться от импорта российской электроэнергии.