Ассоциации не напрашиваются?
Бывший депутат Азимбек Бекназаров назвал Каныбека Туманбаева «вторым человеком во власти после президента». Это не официальный конституционный статус и не должность, а политическая характеристика. Однако она очень точно передает нынешний масштаб полномочий управляющего делами президента Кыргызстана, который уже давно вышел за пределы привычного «завхоза», отвечающего за протокол и загородные дачи.
Сегодня ведомство Туманбаева — Управделами президента КР — превратилось в огромный квазихолдинг, сосредоточивший стратегические активы страны. В его орбите оказались не только государственные резиденции и природные нацпарки вроде «Ала-Арчи», «Каракола» или «Салкын-Төр», но и весь контур государственных строек. Сюда же перешли магистральная связь и цифровая инфраструктура — «Кыргызтелеком», оператор межведомственного обмена «Түндүк», национализированный интернет-провайдер «ЭлКат» с сетью «Акнет», а также «Кыргыз почтасы». Финансовый и жилищный блоки замкнуты через «Кылым Банк» и монополиста крупного строительства ОАО «Государственная ипотечная компания». К этому добавляются монополия на печать документов государственного значения и учебников через завод «Учкун», фонд перезапуска промышленности «Кыргызиндустрия» и центры обслуживания населения с регистрацией автотранспорта.
Сосредоточение таких объемов национального богатства в руках одной структуры требует не восторженных отчетов, а жесткого бухгалтерского аудита. На каких условиях отчуждаются земли, кто действительно вкладывает деньги, почему срываются сроки и кому достаются многомиллиардные контракты?
### Миф о внешнем инвесторе и земельный бартер
В октябре 2023 года, давая старт строительству пятизвездочного отеля в Кара-Ой, Туманбаев уверял, что Кыргызстан станет самой безопасной гаванью для бизнеса, где безусловно действует закон, и подкрепил эти слова передачей азербайджанским инвесторам 17,24 гектара земли на Иссык-Куле. Спустя год эта схема столкнулась с суровой реальностью. 11 октября 2024 года чиновник сообщил арендаторам территории СЭЗ «Бишкек» об изъятии участков государством под предлогом невыполнения обязательств. Бизнесмены, заявлявшие об инвестициях примерно на $25 млн, говорили об отсутствии судебного решения и административном давлении. В правовом государстве инвестора защищают открытая процедура и независимая оценка, а не единоличное заявление управляющего делами.
Этот разрыв между словами и действиями особенно заметен в череде заявлений о зарубежных партнерах. В экологическом городе «Асман», чья госдирекция напрямую подчинена Управделами, публичные инвесторы сменяли друг друга с кинематографической скоростью. От французских консалтинговых структур с обещаниями $20 млрд до южнокорейской компании Promise Land на $1 млрд и последующих рамочных протоколов с китайскими строительными корпорациями. На деле реальный валютный капитал так и не пришел.
Похожая картина сложилась и вокруг нового здания Администрации президента «Ынтымак Ордо». Обществу пообещали объект без единого бюджетного сома за счет средств «инвестора», которым фактически оказался консорциум местных девелоперов («ТС Групп», структуры «Экспресс-Строй КГ»), получивших взамен 16 гектаров дорогой государственной земли на юге столицы.
Та же история повторилась и с бишкекским ипподромом «Ак-Кула». Вместо ожидавшихся $70 млн иностранных вложений историческую городскую территорию снесли и передали под жилую коммерческую застройку, подконтрольную ГИК, а новый объект возводят через внутренние перераспределения бюджетных и земельных ресурсов. Классических инвесторов здесь заменяет либо прямой натуральный бартер «земля в обмен на бетон», либо выкачивание ресурсов из присоединенных к Управделами госкомпаний.
### Спонсоры со знаком «X»
По той же схеме закрытого финансирования Управделами организует и крупные имиджевые проекты. Под кураторством ведомства Туманбаева шла подготовка к Всемирным играм кочевников (ВИК-2026), где бюджетные расходы сопровождались непубличными сборами средств с крупного бизнеса и госпредприятий.
Затем Управделами взяло на себя организацию и обеспечение безопасности стадионного концерта колумбийской поп-дивы Шакиры на новой «Бишкек Арене». На закономерные вопросы о баснословных гонорарах звезды Туманбаев привычно ответил, что государство не потратит «ни тыйына», поскольку мероприятие организует некая «частная компания». Но именно здесь и проявляется системный изъян созданной схемы. Когда статусное государственное ведомство привлекает неназванных «спонсоров» для покрытия многомиллионных расходов, общество упирается в глухую стену. Кто эти скрытые благотворители? В обмен на какие преференции, земли или строительные подряды частный бизнес берет на себя расходы государственного масштаба?
В цивилизованной антикоррупционной практике понятие «анонимного спонсорства» чиновников высокого ранга считается прямой зоной риска. Скрытые финансовые вливания неизбежно возвращаются инвесторам закрытыми госконтрактами или закрыванием глаз на нарушения.
### Сорванные дедлайны и миллионные дыры в аудите
Пока публичные обещания создают картину безупречного менеджмента, контрольные сроки продолжают сдвигаться. В январе 2026 года Туманбаев уверенно заявлял, что новый Ошский рынок и автовокзал будут введены в строй строго по графику в мае. В начале сентября риторика изменилась: он говорил уже о 90-процентной готовности и расплывчатых «ближайших месяцах».
Гораздо более тревожные данные содержатся в официальных документах. Опубликованный на портале Счетной палаты проект отчета по аэропорту Каракол зафиксировал прямое завышение компаниями цен на строительные материалы на 3,58 млн сомов. Из общего объема финансирования комплекса в 2,18 млрд сомов почти 1,3 млрд зависли в воздухе в виде дебиторской задолженности подрядчика, акты выполненных работ на момент проверки переданы не были, а ввод объекта в эксплуатацию аудиторам вообще не подтвердили. Рекомендация Счетной палаты вернуть переплату и закрыть долг в трехмесячный срок показывает острый финансовый кризис на объекте, который представляли как образец бережливости.
### Подрядный пул и перекресток интересов
Особый интерес вызывает и тот факт, что задействованные подрядные организации переходят из проекта в проект. Компания «Иншаат строй билдинг» одновременно всплыла в расследовании строительства жилого массива «Мурас» для подконтрольной Управделами Государственной ипотечной компании. Журналисты тогда выяснили, что прежний владелец «Иншаата» Эрмек Атантаев в 2022 году переоформил на себя строительную фирму «БКС», которая до прихода Туманбаева на госслужбу принадлежала ему самому. Кроме того, соучредитель «Иншаата» Акбарали Абдразаков летом 2026 года был включен в состав совета директоров той же ГИК — структуры, которая заказывает стройки и принимает решения о финансировании.
Похожие параллели видны и в проекте автозавода, где возникали несостыковки в названиях инвесторов — от Hubei Zhuoyue до ОсОО «Хубэй Цзису Инвестиция», а участки выделялись компании, связанной с предполагаемыми родственниками чиновника. В баткенском кейсе, где отчитывались об экономии миллиарда сомов за счет снижения себестоимости домов, ключевым исполнителем выступала фирма «Аманат Строй Инвест».
Несмотря на публичные заверения главы Управделами об отсутствии каких-либо связей с подрядчиком, именно этот подрядчик продолжает получать важнейшие госзаказы. В строительном реестре Госстроя по объекту заказчиком официально указано ведомственное ГП «Кыргызстройсервис», а исполнителем — все тот же «Аманат Строй Инвест».
### Почему второй человек должен показать счета?
В официальной базе поставщиков фамилия Каныбека Туманбаева не значится среди участников государственных закупок. Это объяснимо: крупные игроки редко оформляют контракты на свое имя, а специальные правительственные решения позволили вывести большую часть проектов Управделами из-под общих конкурсных ограничений. Однако общая картина не оставляет сомнений в существовании замкнутой монопольной экосистемы. Управделами аккумулировало мощнейшие финансовые, земельные и инфраструктурные рычаги. Внешние независимые инвестиции заменяются бартером госземель или тайными спонсорскими взносами под крупные мероприятия. Многомиллиардные строительные объемы передаются аффилированным подрядчикам, руководители которых входят в органы управления профильных госкомпаний, а официальные аудиторы фиксируют завышение смет и зависшие миллиардные авансы.
Пока первичные документы не опубликованы, юридически обвинять главу ведомства в личной коррупции нельзя. Но статус негласного лидера исполнительной вертикали и заявления об «экономии каждого тыйына» обязывают сделать систему прозрачной. Управделами должно представить обществу полные сметы, финансовые закрывающие акты, имена частных спонсоров спортивных игр и концертных площадок, договоры мены элитных столичных земель и протоколы назначения подрядчиков. Иначе тезис об экономии государственных средств останется лишь ширмой для бесконтрольного перераспределения национальных ресурсов в интересах одного-единственного человека. Пока — лишь второго, по статусу.